— Может, позже. Сначала дела.
— Понимаю. Сейчас я позову Катю и позабочусь о том, чтобы вас никто не беспокоил.
— Благодарю.
Мама Старшовой была предельно вежлива со мной, но глаза смотрели куда более внимательно и глубоко. Катя, наверное, уже успела ей рассказать о нашем расставании. Но она ничем не показывала своего негативного отношения, если оно и было — Хана умеет помнить хорошее. Я ведь помог уберечь от тюрьмы его супруга.
Сел на диван и стал ждать. Спустя непродолжительное время возле меня послышались лёгкие шаги.
Повернул голову — Катя. Какая же она всё-таки красавица, и как же мне её не хватает. Я успел истосковаться по ней всего за несколько дней, что мы толком не общались, а потом вообще разъехались.
— Добрый вечер, — кивнула мне она и присела рядом на диван.
В руках у неё был белый лист.
— Добрый. Как себя чувствуешь? — спросил я её.
— Уже лучше, спасибо, — ответила она.
— Что-то по лицу незаметно, что ты болеешь.
— Простуда не такая уж сильная.
Раз вы приехали, то… вот.
Она протянула лист, который держала в руках, мне. Я взял его и опустил глаза на бумагу. По мере прочтения и понимания, что это такое, лицо моё становилось всё более хмурым.
— Решила уволиться? — посмотрел прямо в её зелёные глаза.
— Да, — пожала она плечами. — Подпишите, пожалуйста.
— Почему же?
— Я нашла другое место. В Ливерпуле.
Рука сама собой сильно смяла лист с соответствующим хрустом.
— Осторожнее, — непроизвольно она накрыла мой кулак с её заявлением своей мягкой ладошкой.
Потом встретилась с моими сердитыми голубыми глазами и отдёрнула руку. — Ну вот, помяли…
— Хочешь сбежать?
— Почему это сбежать? — нахмурилась она.
— Потому что ты бежишь. От меня. От того, что было. Своим увольнением.
— А вам какая разница? — она говорила глухо и смотрела в стену напротив. — Если и так, то что? Не могу я с тобой работать… после всего.
Значит, ей тоже плохо. Она испытывает ко мне чувства. Я сейчас их ощущаю даже в воздухе.
Как я мог не замечать раньше? Сравнивать её с Даной и другими бессердечными стервами, считая, что и Катя себя однажды проявит не лучшим образом? А стоило всего лишь поверить ей, поверить ещё раз, чтобы снова стать счастливым и сделать счастливой мою Прекраснейшую из женщин.
Взял её лицо в свои ладони и прижался к её губам. Она на миг замерла, потом стала вырываться и разорвала поцелуй.
— Мэтт… Не надо. Ну зачем ты?..
