Лицо Мэтта потемнело, он поджал губы:
— Чёрт, никак не успокоится… И что он требовал, чтобы ты делала?
— Хотел, чтобы шпионила за тобой и какие-то данные ему предоставляла.
— А взамен?
— Помощь с делом отчима. Он раскопал ещё какие-то подробности. И обещал не говорить тебе взамен на данные из твоего компьютера.
Донован вскочил на ноги и нервно заходил по комнате. Потом повернулся ко мне:
— Я понял. Хорошо, что ты не стала работать на него. Он бы обязательно тебя обманул. Все данные мне известны. Рука не поднялась посадить отчима моей жены, пусть и фиктивной.
Подняла на него глаза:
— Ты серьёзно, Мэтт?
Он кивнул.
— Представляешь, я не такая уж и сволочь, как обо мне говорят. Да и что скажут, если я посажу собственного тестя? Многие ведь уже знают, чья ты дочь. Хотя он в самом деле виноват. Но я тоже уверен, что Джейсон не сам на это пошёл. Но знаешь… Теперь у меня появился план, как вывести Колина на чистую воду. Поможешь?
— Конечно. Говори, что делать, — я воспряла духом. Я готова ему помогать.
— Скажешь ему, что будешь шпионить, — начал рассказывать детали плана Мэтт. — Мы поставим в его кабинете скрытую камеру со звуком и всё запишем. Покажем это шоу членам совета директоров. И ты задашь ему те вопросы, которые я тебе скажу.
— Хорошо, — кивнула я. — Мне нужно завтра сказать ему, согласна я или нет.
— Скажи, что согласна. Пусть озвучит, какие ему данные нужны и в какие сроки.
— Я поняла…
Голос сорвался, я снова начала плакать. Теперь от облечения. Я не знаю почему, но именно этот мужчина решает мои проблемы и смог избавить меня от шантажа Колина.
Он оберегал моего отчима, вместо того чтобы его посадить далеко и надолго. Ради меня.
Мэтт сел рядом, взял моё лицо вверх и поднял на себя:
— Ну что опять? Я не то что-то сказал?
— Нет, — продолжала плакать я. — Я не думала, что ты мне поможешь. Спасибо, Мэтт. Ты лучше, чем мне казалось.
Очередная слеза капнула на губы. Мэтт проследил за ней взглядом, а потом прижался к ним своими губами.
Он целовал меня, тянул к себе ближе. В моей голове не возникло мысли сопротивляться. Я подставляла ему свои губы, мысленно молила не прекращать поцелуев, целовала в ответ его сама, положила робко ладони на его плечи.
Пояс халата развязали мужские руки, скинули его вовсе. Я осталась в тонкой сорочке, под которую нетерпеливые и горячие пальцы тут же заползли и обожгли кожу. Я в ответ расстегнула пуговицы его рубашки и потащила вниз за ворот, снимая её вовсе.
