Ты изображаешь — достоверно изображаешь — мою жену при посторонних. Занимаешься моим сыном, когда он у меня в гостях. Жить будешь со мной, в моём доме, естественно. Только ничего не сопри, договорились? Не заставляй меня прятать от тебя ценные вещи.
Проигнорировала его очередные колкости в мою сторону.
— Достоверно — это как? — изогнула я бровь, переживая, что он попросит чего-нибудь неприличного. Например, быть его женой и в постели тоже. Я вижу прекрасно, как этот мужчина на меня смотрит.
— Ну, я могу тебя обнять на людях, к примеру, или назвать «дорогая», «милая», — он кинул на меня взгляд и добавил, — и ты при этом не должна кривить лицо, как сейчас.
У нас любовь, помни об этом.
— А супружеский долг тоже я должна выполнять? Спать с вами я не намерена!
— Так, — осадил он меня. — Об этом даже не мечтай. В мою постель такие воровки, как ты, не попадут. Боюсь проснуться утром без подушки и одеяла. Чего ещё захотела! Не для тебя моя мама ягодку растила, ясно?
— Ясно, — теперь уже усмехнулась я. — Я согласна на ваши условия, мистер Донован.
"
"Ягодка, блин. Но так даже лучше и проще. Полгода… Ну ничего, потерплю эту занозу в заднице по имени Мэтт Донован каких-то жалких шесть месяцев. Это намного лучше, чем пять лет за решёткой.
6
— Контракт подготовят завтра, — продолжил говорить деловым тоном Донован, словно речь шла о каком-то стандартном договоре. Договоре на жену. — Уже сегодня ты начинаешь играть свою роль. Ну-ка, порепетируем.
Он встал со стула, подошёл ко мне и потянул за руку.
Приобнял. Я дёрнулась в сторону, а Мэтт стиснул мою талию сильнее и засмеялся:
— Чего ты как девственница, Кэти? Я же ничего тебе не делаю. Так и знал, что если обниму тебя сразу при посторонних, ты устроишь цирк. Привыкай.
Я настырно убрала от себя мужские руки и отошла от него дальше:
— На людях я потерплю. Но наедине не смейте позволять себе вольностей. Я этого не выношу.
Мэтт опёрся бедром о стол и скрестил руки на груди, с усмешкой оглядывая меня.
— Мне тебя тоже терпеть придётся.
Ты вообще не в моём вкусе. Главное, не дрыгайся, как сейчас, при других. Не забывай про тюрьму. Я всё ещё могу тебя туда отвезти.
— И слава Богам, что не в вашем вкусе, — гордо вскинула подбородок. — Постараюсь не дёргаться. Но это сложно — вы не нравитесь мне… Ну вы понимаете, как мужчина.
Донован недобро посмотрел в ответ. Даже если я ему в самом деле до лампочки, хоть я в это и не верю, то сейчас его мужское самолюбие было уязвлено.
— Проехали, — произнёс он.
