Или…
Он взглянул на ту, которую держал в объятиях. Это должна быть совершенно необыкновенная женщина. Женщина, которая рискнет жизнью ради незнакомого ребенка, женщина, чья скорбь по старой даме будет глубока и искренна. Женщина, которая не пожелает стать любовницей князя или графа, предпочтя искать работу, даже если это будет место горничной, лишь бы сохранить честь. Женщина, которой он не принес ничего, кроме тоски и несчастья.
Между соснами замелькали огни «Босолей». Едва экипаж остановился, Шандор отпустил Шарлотту и молча вышел.
Когда он взял ее за руку, чтобы помочь спуститься, Шарлотта вздрогнула. Это прикосновение обожгло ее. Вся внутренняя борьба оказалась напрасной. Слезы ее были слезами стыда за позорное облегчение, вызванное сознанием того, что человек, который затащит ее в постель, не омерзительный князь Яковлев и даже не импозантный граф де Вальми. Стыда за страстное желание, которое он пробуждал в ней, за любовную лихорадку, неумолимо овладевавшую ею.
Будет ли он грубым? Нежным? Почему ничего не говорит ей? Не смотрит на нее? Всего минуту назад он держал её в объятиях.
Голова Шарлотты шла кругом. Ей становилось все хуже. Сейчас она упадет без чувств.
– Мадемуазель Грейнджер остановится в «Босолей» на неопределенный срок, – объявил Шандор поспешившей к нему горничной. – Позаботьтесь о ванне для нее. У мадемуазель был утомительный вечер. И проветрите постельное белье в желтой комнате.
– Да, ваше сиятельство.
Девушка почтительно присела, после чего бросилась отдавать приказы прислуге наполнить ванну в форме лебедя, стоявшую в ванной, смежной с желтой комнатой.
Камердинер унес перчатки, графа. Вошел лакей с подносом, на котором стоял бокал с бренди.
– Лимонад для мадемуазель Грейнджер, Жорж. Сегодня очень жарко.
– Да, месье. Сию минуту, месье.
– Жанна!
Тут же подбежала другая горничная.
– Отныне вы назначаетесь личной камеристкой мадемуазель Грейнджер. Пожалуйста, позаботьтесь о том, чтобы она ни в чем не нуждалась.
Надеюсь, вам будет удобно, мадемуазель. Спокойной ночи, – попрощался он и ушел, зная, что, если останется еще на минуту, не сможет сдержать терзавшего его желания.
Шарлотта, сбитая с толку и растерянная, проводила его взглядом.
– Сюда, мадемуазель."
"Миниатюрная горничная повела Шарлотту за собой. На ее аккуратно причесанных волосах сидел маленький кружевной чепчик. Платье черное, из дорогой ткани и хорошего покроя. Крошечный фартучек отделан кружевом.
