В составе группы из пяти человек выдвигаемся на место для задержания куренного атамана Гамулы. Большое подразделение в нынешнем случае нецелесообразно, в связи со скрытым подходом к хутору. Капитан Романцев.
Солдат быстро записал сказанное и зашифровал сообщение. Взялся за телеграфный ключ и уверенно, все с тем же наивным выражением, передал радиошифровку.
— Все, товарищ капитан, — снял он наушники.
— Выдвигаемся в сорок шестой квадрат, — сказал Романцев. — Идем тихо, так, чтобы ни одна ветка не треснула!
Глава 5.
Закоренелый враг
Первым шел капитан Романцев, очень аккуратно шел, показывая пример остальным. За ним, вытянувшись в линию, ступали остальные автоматчики. В лесу стояла тишина, птицы не в счет, у них свои дела. Лето было в зените, а потому, обремененные семейством, они сновали по лесу в поисках кормежки, когда истошно и голосисто, а когда звонким чириканьем заявляя о своем праве на жизнь."
"— Я эту местность хорошо знаю, дальше за этим оврагом, — показал старший лейтенант Григоренко на узкую расщелину, заросшую лиственным лесом и орешником, — будет небольшой ручей, потом метров через сто — поляна.
За ней сразу — холм. Вот с него этот хуторок будет виден как на ладони.
Пригибаясь под растопыренными хлесткими ветками и без конца смахивая с запотевших лиц липкую навязчивую паутину, спустились в неглубокую расщелину, по дну которой, разрыхляя красные глинистые берега, стремительно сбегал голосистый ручей. Разом потянуло свежестью, лица остудило желанной прохладой.
У самого подножия трава высокая, мягкая, снять бы сапоги и, по щиколотку утопая в воде, пройтись бы по бережку.
Неожиданно из-под самых ног, заставив вырвать из кобуры пистолет, взлетела крупная куропатка и, шумно размахивая крыльями, затерялась в далеко растущих кустах.
— Стрелять надо было, товарищ капитан, — пошутил шедший рядом Григоренко. — Глядишь, на ужин бы дичи отведали. А то уже желудок от голода сводит.
— Ты бы по сторонам лучше смотрел, — недовольно буркнул Романцев.
Понемногу возвращалось былое спокойствие, а ведь он и в самом деле чуть не пальнул в горемычную птицу. — Здесь кто угодно может быть.
Тимофей присел на корточки у ручья и черпанул ладонями колодезную воду. Стараясь не уронить с головы пилотку, испил прямо из рук. Отер мокрыми ладонями вспотевшую шею.
— Давно здесь так жарко? — спросил он.
— Уже недели три. Для этого времени года вполне обычно.
— А в Москве сейчас дожди зарядили.
