Запускала пальцы в кудри. Целовала его, гладила по широким плечам, по рукам, покрытым россыпью еле заметных веснушек. А Стефан щурил глаза, глубокие, ярко-зеленые, и в какой-то момент мне показалось, что там, на их дне, я вижу вспыхивающие белые огоньки.
Мужчина аккуратно поддел мою футболку и стянул ее с меня, а я была так расслаблена и наполнена странным ощущением внутреннего света, что даже этого не заметила. Я словно плавала в каких-то бескрайних ярких теплых потоках, почти пьянея от этих странных, почти мистических ощущений.
И только когда рот Стефана накрыл мой сосок, я будто вынырнула наружу, возвращаясь в реальность. Что со мной происходит?
Я уже поняла, что Стефан неспешен и методичен в своих ласках. И вот сейчас, когда его губы коснулись груди, от не сжимал, не прикусывал, он почти невесомо касался темно-розовой вершинки и гладил ее кончиком языка. Мое тело было не против. И я была не против. Я уже перестала понимать, почему тело так податливо пси-энергии моих миранцев, так легко принимает их, подавая мне только сигналы радости и удовольствия от касаний.
Я глубоко дышала, выгибалась, невольно подставляя грудь под нежные ласки влажного теплого языка. Постанывала от сомкнутых на ноющих сосках губ. Покрывалась мурашками от рук, которые ласками ребра и живот.
И дорожку легких поцелуев от ключиц до пупка восприняла все с тем же чувством правильности. И пальцы, которые цепляли кромку брюк и белья, а потом порхали по голым бедрам. И в какой-то момент мозг просто прекратил все анализировать и искать хоть какие-то признаки того, что что-то идет неправильно.
А когда губы миранца прижались к бугорку клитора и сомкнулись на нем, из головы как-то разом вышибло все. Стефан изучал меня и мое тело. Мои реакции на то, что он делает. Прислушивался к всхлипываниям, когда его палец проник в меня и стал массировать изнутри. Ловил губами мурашки на коже. Слизывал языком влагу с лепестков плоти. И казалось, что все происходящее растянулось в бесконечность, заполненную ласками.
Лоно сжималось вокруг пальцев мужчины. И наслаждение было ярким и необычным, потому что глаза на миг ослепило яркой вспышкой, а странный теплый свет, который я чувствовала где-то внутри себя, казалось прорывается наружу, нагревая кожу изнутри и заставляя кипеть кровь, а сердце стучать на пределе возможностей.
А потом я все испортила. Потому что в самый острый и невыносимый пик своего оргазма, сказала совсем не то, что транслировал мой охваченный эйфорией мозг.
