Видят боги, ему было непривычно оказаться не в роли того, кто рисковал своей жизнью, а того, кто за эти наблюдал.
– Да начнется поединок! – дал отмашку Макин.
Глава 517"
"Том так и остался стоять по центру арены, а вот Эйнен стремительно разорвал дистанцию. Динос ответил на это широкой улыбкой. Разведя руки в стороны, он показательно повернулся спиной к противнику и лицом в сторону, где сидели Дора, Анис и Хаджар.
Динос посмотрел в глаза эльфийке, а затем повернулся обратно к Эйнену.
– Он его убьет! – вскакивая с места, воскликнула старшая наследница клана Марнил.
Эйнен стоял на расстоянии в семьдесят метров, но для мечника стадии Меча в Сердце это было так же близко, как для смертного – партер.
Том сделал всего один широкий взмах мечом. Вот только силы в этом движении было столько, что позади него земля взорвалась и образовала широкую, серповидную полосу глубиной в метр.
Длинный, яркий разрез, во много раз более плотный и опасный, нежели получался у Хаджара, понесся по воздуху.
Трибуны выдохнули.
Послышались шепотки.
– Против такого и небесная броня не поможет!
Хаджар до боли сжал колени.
- “Давай, дружище, как отрабатывали. Закончи все одним ударом!”.
Разрез, за считанные мгновения, преодолев пространство, ударил по выставленному Эйненом шесту-копью. Трибуны разразились громогласным криком. Никто не ожидал, что островитянин решит принять этот удар в жесткий блок.
Хаджар почувствовал, как по его предплечью стекают змейки крови. Дора так крепко его сжала, что пронзила ногтями кожу.
От взрыва силы, закружилось песчаное торнадо. Поднявшись до самого купола, оно оставило за собой пылевое облако, скрывшее от взоров зрителей происходящее в том месте, куда пришелся страшный удар.
– Жалкий пес! – выкрикнул Динос. – Простолюдин должен знать свое месте и быть благодарен, когда…
Договорить он не успел. Из его собственной тени, заставляя трибуны шокированно замолчать, появилось нечто.
После очистки и расширения каналов, сила Эйнена перешла на качественной новый уровень.
То, что раньше выглядело как радужная чешуя, теперь обернулось самой настоящей броней. Гладкая и покатая, как и принято на островах, она легла широкими пластинами на лучшую из защитно-атакующих техник Эйнена.
Прежде неясных очертаний обезьяна, теперь стала более плотной и четкой. Её призрачные мышцы налились силой и цветом, а помимо покрывшей её брони, она теперь сжимала в лапах точную копию шеста-копья, который держал Эйнен.
