Это от толпы не скроешь личных недостатков, а отдельно взятым прохожим, обычно, плевать.
Войдя внутрь, Хаджар оказался внутри просторного зала. Пол и стены были сделаны из каких-то очень дорогих пород деревьев, которые Хаджар никак не мог опознать.
Подавив в себе секундный порыв достать нож и попытаться отскоблить немного породы, он прошел через светлый и просторный зал. Его вела за собой стрелка компаса и чем ближе был Эйнен, тем точнее она указывала направление ко второму платку. Так что заблудиться было невозможно.
Зал с редчайшими породами дерева сменился на хол, тоже сделанный из редких пород. Но уже камня. Хаджар узнал всего одну такую – Желтый Камень. Не золото, а именно камень.
Узнал потому, что в первый день их с Эйненом прилета сюда, они прошли мимо ювелирной лавки.
Так вот одно колечко, украшенное небольшим ограненным Желтым Камнем, стоило под семь сотен имперских монет. Здесь же этого материала были сотни килограмм. И не только в облицовке, но и прямо внутри стены – в качестве несущего элемента.
– Шикуют, – хмыкнул Хаджар.
Все же в первую очередь Марнилы были не отдельным государствам или расой, а аристократическим кланом. Роскошь для них являлась неотъемлемой частью жизни.
Проходя мимо рядов пустующих коек, выполненных в виде резных кроватей и укрытых драгоценными шелками, Хаджар взглядом искал своего товарища. Эйнен обнаружился едва ли не в самом конце крыла. Он, полулежа на кровати, читал какой-то манускрипт. Где он его успел раздобыть – знает только Великая Черепаха.
У островитянина всегда были загребущие руки. Как, впрочем, и подобает настоящему потомку семьи контрабандистов и пиратов.
– Мой варварский друг, – заметив Хаджара, Эйнен отложил манускрипт. Нижняя половина его тела была сокрыта под одеялом. – Выглядишь не лучшим образом. Плохо спалось?
Они пожали друг другу руки.
– Это моя фраза.
– Какая?
– Про “выглядишь не лучшим образом”, - уточнил Хаджар. – Все же это ты сейчас лежишь на койке, а не я.
Эйнен улыбнулся и посмотрел за спину товарищу.
В сторону, откуда тот пришел.
– Мы уходим? – спросил островитянин.
Хаджар кивнул.
– Лучше бес шума и без пыли, – добавил он.
Эйнен, без промедлений, скинул с себя одеяло и взял спрятанный под ним шест-копье. Оказалось, что лысый уже давно был своем полном боевом обмундировании. Выглядел он при этом так, будто находился на вражеской территории.
Вот за что Хаджар уважал своего друга, так это за умение в любой ситуации находить пищу для паранойи.
