Хаджар же прекрасно понимал, что если бы не десятки трупов вокруг, которые явно заставили убийцу истратить все артефакты и пилюли, то тогда он бы погиб еще до начала битвы.
Оттолкнувшись от земли. Хаджар взмыл в небо. Будто бы ручей тьмы, преодолев законы физики, он скользнул на один из взмывших в небо камней. Те, для Хаджара, двигались так же медленно, как тонущие в смоле слитки металла."
"На то место, где только что стоял Хаджар, обрушился удар убийцы. Она так и не могла поймать вертлявого насекомого. Удары её меча были настолько сильны, что разносившееся от них эхо, в виде кровавых всполохов, могло с легкость лишить жизни даже простого Небесного Солдата, не то что практикующего или смертного.
Но, чтобы справиться с Хаджаром, этого было мало. В своей силе он уже давно сравнился с теми Небесными Солдатами, что стояли на Пике этой ступени. Этому способствовали и Зов, и наследии Врага и, что важнее всего прочего, ступень владения Меч в Сердце.
В совокупности, вспоминая о теле, укрепленном кровью дракона, Хаджар мог считаться вполне себе Пиковым Небесным Солдатом.
Вот только находился он все еще на начальной стадии.
– Сражайся, трусливый червь! – раздался рев убийцы.
Валун, на который на мгновение приземлился черный шлейф, тут же разлетелся на мириады осколков. Разбитый алым серпом, толщиной с руку и длинной в четыре метра. Он, даже не заметив преграды в виде валуна, унесся в самое небо, пока не расплескался алыми брызгами о чернильный купол.
В его отсветах Хаджар на мгновение успел увидеть взмахи огромных крыльев и свет, льющийся из тяжелого копья.
Где-то там, в небе, бились воины клана Марнил, в том числе и Энора. Они пытались сломать щит, а значит все, что требовалось Хадажру – продержаться лишь еще немного.
Представляя, как ему на клинок падает оторвавшийся осенний лист, Хаджар произнес:
– Падающий Лист! – и сделал широкий взмах клинком.
Сине-черный разрез слетел с лезвия его клинка. Он, пронесясь по воздуху, врезался в выставленный клинок Рыцаря. Она сделала всего несколько шагов назад.
Ни царапины, ни тяжелого вздоха, ни капли крови, стекающей по краю рта.
Она попросту заблокировала одну из сильнейших атак Хаджара. Вот только бой на средних и дальних никогда не был его сильной стороной.
Растворившись в шлейфе черного тумана, Хаджар впервые за все время битвы переместился вплотную к убийце. На развороте, создавая целый шторм сине-черной энергии, он вложил всю эту мощь в стремительный секущий удар.
– Глупец! – радостно выкрикнула убийца.
