Марат сгибается пополам, и в этот момент Альбина наносит еще один удар по спине.
– Пойдем, на спектакль опоздаем, – отбрасывает пистолет в ливневку. И словно маленькую, берет меня за руку. – Прости, сразу подоспеть не смогла. Увидела, что ты вырываешься, и побежала за битой. Сами мы бы с ним не справились.
И поравнявшись с Геликом, открывает дверцу водителя. Кладет биту между сиденьем и дверцами.
– Идем, нас ждет балет, – улыбается скупо.
– Может, домой? – блею я жалобно.
– Театр – сейчас самое безопасное место.
Неизвестно, какие подставы нас ждут на обратном пути. Балет посмотрим. Дождемся Тимура или Макса…
– Логично, – киваю я, впервые в жизни восхищаясь мачехой.
– Ты – маленький храбрый солдатик, – говорит она, когда в зале гаснет свет. Крепко сжимает мои пальцы и тихонечко шепчет. – Слава богу, ты у нас есть, Любочка!
Так и сидим, держась за руки. Дрожим, пытаясь успокоиться. По щекам у обеих льются тихие безмолвные слезы, словно примиряя нас друг с другом.
Ни одна из нас не видит красоты, происходящей на сцене.
А когда в антракте в ложу врываются Тимур и Суровый, лишь счастливо улыбаемся в ответ.
– Вы почему ревете? Он вас обидел? – рычит Манучаров."
"– Разве нас можно обидеть, сынок? – насмешливо роняет Альбина.
– А почему тогда слезы?
– Волшебная сила искусства, – отвечаю легкомысленно и, подскочив с кресла, прыгаю на шею мужу.
Реву, уткнувшись куда-то в ключицу. Широкая ладонь Тимура мягко ложится на спину, а губы ласково касаются темечка.
– Все закончилось, Любушка.
Марата арестовали. Но вы у меня лихие оторвы. Столько увечий ему нанесли. Чему их там учат в Стэндхерсте? Бошку за малым не проломили. Глаза чуть не выкололи. Просто дикие кошки. Полиция, конечно, допросит вас. Но думаю, Марата я закрою надолго…
– Тим, нужно уходить, – бормочет стоящий рядом Суровый.
– Вы готовы? – спрашивает нас Тимур.
– Конечно, сыночек, – смеется Альбина и добавляет заговорщицки. – Мы всегда готовы. Да, Любочка?
Улыбнувшись, кивая мачехе, в один миг прощая ей все былые прегрешения.
Эпилог
МиланаОгромный загородный ресторан у озера, где почти два года назад праздновали мою свадьбу, сегодня кажется пустым. На двери болтается табличка «спецобслуживание». Кроме нашей семьи других гостей тут нет.
В небольшом уютном зале с камином и хрустальными люстрами накрыт круглый стол, уставленный деликатесами.
В окно бьются лапы старой ели. Добавляя холодному прозрачному дню немного волшебства.
Все очень камерно и по-семейному спокойно.