Гораздо важнее мне было сейчас объясниться с Тимуром.
– Антон Владимирович, после уроков ждем вас в учительской, – сказала Виола."
"Золотко кивнул, а потом быстро взглянул на меня. Конечно, это заметили и все остальные. Я только ниже нагнула голову. Теперь я не могла представить, как мы вместе отправимся в этот дурацкий лыжный поход.
Со звонком все повскакивали со своих мест и принялись собирать вещи. Вова Галушка подошел ко мне и молча положил на нашу парту пенал, который я в него запустила. Видимо, понял, что переборщил.
Антон Владимирович быстрым шагом одним из первых вышел из класса. Я скидывала учебник и тетради в сумку, а сама не сводила взгляда с Тимура. Он тоже собирал вещи и по-прежнему не смотрел на меня. Когда он поднял голову и наши взгляды встретились, мое сердце учащенно забилось. Я только тяжело вздохнула. Но тут к Макееву подошла эта прилипала Маша Сабирзянова и что-то ему шепнула на ухо. Привстав на носочки, чтобы дотянуться до высокого Тимура, едва не коснувшись губами его мочки.
Я попыталась задавить поднявшуюся ревность. Еще никогда Сабирзянова меня так сильно не раздражала.
Она что-то говорила Тимуру, а он внимательно слушал. Потом они вдвоем вышли из кабинета. Что могло понадобиться Маше? Вот пристала же к Тимуру! Нашла себе защитника и покровителя.
Яна первой собрала вещи. Теперь я нарочно тянула резину и ждала, когда все выйдут из класса. Не хотелось ни с кем пересекаться и ни о чем говорить. Казанцева понимала, почему я медлю, и терпеливо ждала.
Когда класс опустел, я устало спросила:
– Как думаешь, уже все в курсе?
Яна пожала плечами, постаралась ободряюще улыбнуться, а затем все-таки кивнула:
– Думаю, что да.
– Близнецы знают о вчерашней ситуации с медпунктом. Я тебе не рассказывала, в общем…
– Про это я тоже знаю, – перебила меня подруга. – Пока ты не пришла в класс, ребята это активно обсуждали.
Я нахмурилась.
– Если они растрепали эту мелочь, то представляешь, каким событием им покажется письмо?
– Ты догадываешься, кто это сделал? Может, Благовещенская?
– Это Калистратов, – сказала я.
– Подставил меня – и в кусты. Ты заметила, что его нет больше в школе?
– По-моему, он уже может ее не посещать. Контрольные-то сданы. И оценки по большинству предметов выставлены.
Наконец мы вышли из кабинета и не спеша направились в сторону лестницы. Людей было не очень много, поэтому я без труда разглядела в конце коридора Стаса. Он стоял у окна и что-то изучал в своем телефоне.
