Кажется только головой коснулся подушки и все, — улыбается, входя в кухню. — Эмоциональным денек выдался для него. Но мы кажется справились, — наливает чай и садиться за стол.
— Я до сих пор с трудом верю, — качаю головой. — Четыре года. Когда у него день рождения?
— Не поверишь, — улыбается. Господи, я еле держусь, чтобы не впиться в эти сладкие соблазнительные губы. — Он наш подарочек. Новогодний. Родился в ночь с тридцать первого на первое.
— Бессонная ночка у тебя была, да?
— Незабываемая, уж точно, — отвечает, опуская глаза.
— Лаврова, почему? Меня это немного сбило с толку. Не сразу понял о чем этот Петя, — подступаю с вопросами.
Не хочу собирать информацию. Хочу от нее все узнать.
— Лаврова? — делает глоток чая. — Это бабушкина фамилия.
— Почему сменила? — я мысленно готовлюсь, что она меня просто пошлет. Но нет, отвечает.
— От меня отказались родители. Думаю это очевидно, — пожимает плечами. А я сижу, чуть ли с не отвисшей челюстью. И не понимаю ни черта.
— И где они?
— Уехали.
Куда-то за границу, — отмахнулась. — Даже не знаю куда, не спрашивай.
А у меня все больше вопросов.
— Со мной девчонки возились как с котенком. Вот только недавно с Леськой вспоминали. Не смотри на меня так, все хорошо, — на губах появляется улыбка. — Время уже. Пойдем, уложу тебя как Мишку спать, — на щеках появляется румянец.
— И сказку расскажешь? — понимаю что несу хрень, но ее смущение заводит не по детски.
— Смеешься?
И она действительно идет за мной в комнату. Раздеваюсь, стараюсь как можно медленнее расстегивать пуговицы.
Она стоит в сторонке, глаза в пол.
Не торопимся, Мак. Не торопимся. Все еще будет.
Складываю вещи. Укладываюсь на диван с удовольствие вытягиваясь. Мебель жалобно скрипит подо мной.
— Поменьше крутись, богатырь, — улыбнулась, подхватила мои шмотки и ушла в ванную.
Как можно оставаться равнодушным, зная что она там? Там… Мое воображение подкидывает картинки такие, что мой флагшток парусом натянул боксеры.
Стиснул зубы. Хочу ее, сил нет.
Хочу снова почувствовать податливость и мягкость ее тела. Как тогда. Боже, сколько лет прошло. От понимания этого жгучая боль вспыхивает в грудине. Беременность, роды. Бессонные ночи… что там еще бывает с младенцами? Она все сама. Без меня.
Хочется выть от бессилия. Она со всем сама справилась. Без поддержки родителей, если я правильно понял. Без меня, мать его!"
"Переключаюсь на Дана. Меня не оставляет в покое мысль, что друг мог так со мной поступить.