Левый локоть постоянно норовит заехать в рацию, толстенная стойка сильно перекрывает обзор, и еще в машине душно — кондиционеры в них не предусмотрены.
Звук большого дизеля доносится в машину спереди, а вот наружные звуки слышны как-то странно — сверху. Толстенные триплексы и бронедвери, заодно с накрытым баллистическими матами полом, отсекают их довольно надежно, и они проникают внутрь в основном через люк турели, в которой сейчас никого нет — не ожидаем мы пока противника, так что Эббот, который в случае проблем должен забраться за пулемет, пока предпочитает расслабляться в кресле.
Забавней всего слышать сверху шум покрышек, которые при этом находятся внизу. Странно это как-то.
Вообще эти машины сейчас и здесь недолюбливают. Конструировались они на коленке на базе старых «Weapon Carrier» для катания сквозь засады в Ираке и Афганистане, с задачей вывезти экипаж живым. При этом многие описывали этот совсем уже не вездеход как «езжай медленно, сломайся и погибни». От избыточного веса брони ломались подвески и трансмиссия, перетяжеленная машина с трудом преодолевала бездорожье, в отличие от своего небронированного или легко защищенного оригинала.
Да и обзор в ней был совсем никакой, особенно вбок — каждый раз надо было наклоняться вперед, чтобы выглянуть в окно — очень утомительно.
Вообще сейчас особой ценностью считали именно легкобронированные «носители вооружения» с их смесью кевларовой и стальной легкой брони и толстыми поликарбонатными противоосколочными стеклами нормального размера, которые выдерживали осколок и любого психа.
Но на аэродроме таких не было, а лишь только такие недобронетранспортеры. Их, говорят, в совершенно невероятном количестве вывезли из техасского Бомонта, через который отправляли за моря и возвращали обратно. Эти, похоже, отправить собирались, больно чистыми и свежепокрашенными они выглядели.
Едва отъехали от побережья, и земля курортников сразу же сменилась землей реднеков. Тут же исчезли все признаки пенсионерского рая, дома для отпусков сменились обычными, такими, в которых живут… или жили уже, те, кто привык зарабатывать руками.
Потянулась с обеих сторон от дороги самая обычная американская глубинка в виде простеньких заправок, каких-то мастерских у шоссе, потрепанных пикапов и прочего.
До границы с Джорджией было рукой подать, и вскоре мы почти без проблем пересекли по мосту мутную реку Сент-Мэри, вытекающую из огромного болота Окифиноки и крутыми извилинами несущую свои воды в Атлантику.
