Но, наверное, есть смысл в сохранении такой конструкции, которая еще со вьетнамской войны жива.
— Давай сначала по второму маршруту, — сказал я. — На Юнион и так далее.
— Как скажешь, мне все равно, — протянул Марк, погруженный в свои пилотские обязанности.
Затем земля быстро пошла вниз, появилось знакомое ощущение поднимающегося лифта, а машина, выписав довольно сложный пируэт, которым Марк, похоже, просто выпендрился, сразу легла на курс.
Все те же двести метров, чтобы и видеть далеко, и наблюдать детально.
Маршрут чуть больше чем на двести семьдесят миль, так что есть резерв топлива на то, чтобы где-то зависнуть, и даже сесть, и даже взлететь, а потом обратно вернуться с запасом. Ну и полет часа на три выйдет, примерно.
Южная Каролина — смесь густых смешанных лесов, обработанных, но уже зарастающих полей, много воды. Все это внизу лоскутками, густые лохматые ковры маленьких лесочков, угольники полей, серые узкие ленты дорог. Даже ветер, который сейчас врывается в открытую кабину вертолета, все равно какой-то душный, что ли.
Я помню, как ехал когда-то по широкому шоссе через пустыню, и температура воздуха была где-то за сорок. И то странное ощущение, когда встречный ветер вовсе не освежает и охлаждает, а скорее обжигает, как из приоткрытой сауны тянет. А вот здесь вроде ветер и не горячий, но какой-то такой… как из турецкой бани, наверное.
А вообще ловлю себя на мысли, что уже много лет не попадал в холода, всегда в жаре, разве что зимой в Испании случались такие морозы, что приходилось гулять аж в свитере.
Привык уже. Раньше жару тяжело переносил, а теперь страшно куда-то в холод попасть, небось сразу закоченею. Но так выходит, что попасть в холода мне уже и не грозит вроде бы, что, по большому счету, радует.
Пока никакой активности внизу, но это объяснимо. Выжившие из восточной части штата уже добрались до нас в полном составе, если мы сами их не вывезли. Есть, правда, несколько небольших людских анклавов, которые ни эвакуироваться не захотели, ни пробиваться к нам, но это уже их личное дело, вольному воля.
Пока они нам никаких помех не создают, мы к ним тоже лезть не будем. Это свободная страна, даже сейчас.
— Оборакумо, а ты где жил раньше?
— В Йорке. — Он кивнул в сторону двери. — Это рядом, двенадцать миль от Рок-Хилла. Местный.
— А к нам как попал?
Национальную гвардию в большинстве штатов не призывали, пока эпидемия была, хватало сил полиции и береговой охраны, а когда началось все — было уже поздно.
