Поэтому в спортзал на «Белла Маре» я ходил попозже, тогда, когда большинство местного населения уже в баре сидело.
Сначала зашел в борцовский зал, где было всего два человека, уже заканчивавших свои дела. Минут двадцать постучав по мешку руками и ногами и как следует разогревшись, я перешел в соседний, где взялся за тяжести. Там не было уже никого, так что мне осталось только музыку выключить — люблю заниматься в тишине.
Уединение мое было нарушено минут через десять — пришла Рона. Она тоже каждый вечер приходит.
Говорит, что всегда была gym freak и даже когда-то стала «вице-мисс Фитнес» штата Нью-Йорк, откуда она родом. Глядя на нее, легко в это веришь. Помахала мне, пыхтящему на тренажере, включила беговую дорожку, а вот музыку, к радости моей, включать не стала — у нее айпод есть, на бицепсе на резиновой ленточке, так что музыка у нее через наушники — вообще сказка.
Общение в спортзале вообще интересное — можно ничего не говорить и при этом быть вместе.
У нас с Роной это уже вроде как традиция, плюс в этом даже некий элемент заговора есть, что ли, — двое любителей ходить в зал после всех. У меня стопка железных плит в тренажере лязгает время от времени, да я пыхчу как паровоз, а у нее мотор беговушки жужжит и топают по резиновой ленте подошвы кроссовок — вот и все общение. И при этом мы общества друг друга ищем. Я ищу потому, что она мне нравится, просто как женщина, такая вот простая и понятная слабость, а почему она ищет моего? Ну, может быть, просто потому, что я к ней не пристаю.
Почти что исключение в местном в большинстве своем мужском коллективе.
Рона наполовину итальянка, а наполовину шотландка. Мать у нее была именно что самая настоящая шотландка, из Абердина, а отец — итальянец из Бруклина, поэтому и фамилия у нее Диджуни, то есть самая что ни на есть итальянская. Она и выглядит как итальянка, не знаю, что у нее от шотландской матери, кроме имени."
"Где ее родители — не знаю, она о них никогда не говорила.
Мы вообще не так чтобы много разговаривали, у нас такое общение — почти без слов. Рона не из выживших, она работала то ли на самого Бреммера раньше, то ли в его компании — не знаю. Поговаривали… а о ней любили поговорить, потому что внимание нескольких сот мужчин вокруг она притягивала, — поговаривали, что она сама настояла на переводе сюда с Кюрасао. То ли конфликт с начальством у нее случился, то ли еще что.
