Дочери, о существовании которой даже не догадывался.
«Получается, я лишила их этого счастья! Я украла их друг у друга!»
Размышляя об этом, Стася все чаще задыхалась от чувства вины.
Беспощадно изводила себя, всего лишь допуская… подобную вероятность.
В очередной раз увязнув в собственных мыслях — тяжелых и липких, как паутина, Стася потеряла ориентиры, равновесие и под испуганный возглас Насти врезалась в бортик. Ладно хоть, действуя на инстинктах, отпустила ее руку и не утянула их с Яном за собой. Приземление вышло громким, но обошлось без травм.
Стася отделалась легким ушибом. Однако на глазах все же выступили слезы. Не от физической боли. Вовсе нет. Слезами обливалось ее сердце. Весь день. Весь вечер. И только теперь, сделав вид, что плачет из-за отбитой в результате падения задницы, Стася дала волю эмоциям.
Ян тут же подхватил Настю на руки и вскоре они оказались рядом с ней.
— Ты как? — прозвучало сипло и встревоженно. — Сильно ударилась?
— Ощутимо. Но не смертельно. Все хорошо.
— Встать сможешь? — уточнил он, сделавшись в миг серьезным.
— Да, — шмыгнула носом Стася, хватаясь за его протянутую ладонь.
Медленно и предельно осторожно они направились к выходу. Там сдали коньки и пришли к выводу, что сегодняшнюю «экскурсию» пора завершать.
На улице сильно стемнело и похолодало — время близилось к девяти часам вечера. Ян вновь усадил Настю в кресло самостоятельно. И теперь сделал это гораздо быстрее, чем в первый раз. Стася расположилась на заднем сиденье рядом с ней, и взяла свою малышку за руку.
И ни капли не удивилась, когда та уснула почти мгновенно. Такие сверхактивные развлечения были для них обеих в новинку. Да и в целом денек выдался сложный и энергозатратный.
— Уснула? — тихо, едва различимо поинтересовался Ян, наблюдая за ними в зеркало заднего вида. Чем вызвал у Стаси непроизвольную улыбку.
— Да, — подтвердила она, сталкиваясь с ним взглядом в зеркальном отражении. — Но ты можешь не шептать. Если эта барышня уснула, то хоть из пушки стреляй — не проснется. У нее очень крепкий сон.
Говори нормально.
Ян кивнул, плавно выкручивая руль вправо.
— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался будто между делом. — Точно ничего не болит? Ушиб не беспокоит? Может до травмпункта доедем?
На что Стася лишь покачала головой:
— Из-за ушибленной задницы еще никто не умирал, Ян!
— Язвишь. Это хорошо. Значит, жить будешь.
Несколько минут они ехали в тишине, нарушаемой лишь приглушенным рокотом автомобильного движка и размеренным сопением Насти.
