Нет, я хорошо знал своего друга Славика, ему чувство собственного достоинства не позволит струсить и не пойти.
– Дайте позвонить! – завопил я, снова молотя в дверь кулаками. – Хотя бы позвонить дайте! Выпустите меня!
– Перебьешься, – раздался ехидный голосок сестры Вали. – Занимайся своими важными делами, времени у тебя теперь – вагон, все успеешь.
Распахнув окно, я всерьез прикидывал, можно ли удрать таким способом, но сразу убедился, что ничего не выйдет. Двенадцатый этаж. В той комнате, где я находился, не было балкона, и, таким образом, все возможности выбраться, например, через соседей обрубались.
И тут я услышал звонок в дверь. Славка! Как хорошо! Он не дождался меня в условленном месте и пришел сам, думая, что я забыл или перепутал время. Я с новой силой принялся стучать и орать, но тот, кто вышел на Славкин звонок, оказался более предусмотрительным и разговаривал с ним на лестничной площадке, закрыв за собой дверь в квартиру. Все пропало.
Снова хлопнула дверь.
– Это Славик приходил? – проорал я осипшим от крика голосом.
– Да, – ответила Валя. – Я ему сказала, что ты плохо себя чувствуешь и лег спать пораньше.
– А он? Что он сказал? Он домой пошел?
Я все еще надеялся…
– Он сказал, что, раз ты болеешь, он пойдет без тебя. И перестань орать как резаный, от твоего визга уши закладывает."
"Я плохо помнил, как прошла ночь, но у меня было ощущение, что я не заснул ни на минуту. Перед сном меня выпустили в туалет и в ванную и больше уже не запирали: вернулся после вечерних занятий в институте Миша, с которым мы делили одну комнату.
Утро оказалось еще ужаснее. Не пройдя и полпути до школы, я встретил парня из нашего класса и узнал, что Славку здорово побили и, что хуже всего, повредили ему руки.
– А чего ты спрашиваешь? – удивился одноклассник, шагая рядом со мной. – Ты разве не был с ним? Вы же должны были вместе идти.
Что я мог ему ответить? Что меня, как маленького, наказали и не пустили гулять во двор? Или что я «плохо себя почувствовал и лег спать пораньше»?
От меня все отвернулись.
В глазах ребят я оказался трусом и подлецом. Слава ничего не скрывал и рассказал, как было: не дождавшись меня в условленном месте, он зашел за мной, и ему сказали… Все это выглядело отвратительно, но во всем этом не было ни капли неправды. Мы действительно договорились, и он действительно ждал, и я действительно не пришел, не предупредил его, не позвонил, не поговорил с ним, и ему действительно сказали то, что сказали.
