Я стараюсь не волноваться, когда мы приезжаем на место и выходим из машины. Новаку не нужно просить меня взять его за руку. Я сама цепляюсь за него и под вспышки фотокамер испуганно, но как можно увереннее шагаю рядом с мужем.
Глава 44
Оказавшись в помещении, немного успокаиваюсь. Внутри не так шумно, хоть и многолюдно. Есть укромные уголки, где можно спрятаться и побыть наедине.
Я высматриваю Настю с Гордеем. И нахожу, но на Волковых слетаются гости, как пчёлы на мёд. Да и не могу я убежать к подруге – нужно быть рядом с Новаком, к которому тоже активно подходят, здороваясь.
У меня начинают болеть губы от неестественной улыбки.
Слова приветствия уже вылетают машинально. Как и моё имя.
Да и знакомые Леона все повторяются, один за другим говоря: «Так это правда, новости не лгут, ты женился».
Следом летят вопросы. Мой муж неплохо с ними справляется. Я только хлопаю ресницами, смеюсь в нужные моменты и заполняю пробелы в редкие секунды, когда Новак медлит с ответом.
– Как ты? – держа меня за руку, спрашивает он.
Мы останавливаемся у стола с едой, но всё, что я беру – стакан воды. Очень рада, что она есть среди шампанского. От нервов я уже превращаюсь в засушенный гриб.
– Ожидала, что будет хуже. Где тысячи женщин, с которыми ты переспал? Я думала, они будут подходить к нам, испепелять меня взглядом и говорить, что у тебя отвратительный вкус, – колко кидаю.
– Я не врал тебе, когда говорил, что не снимаю обручальное кольцо, – усмехается он, наклонившись. Прикасается к моим волосам губами.
– Верен одной женщине.
Тихий смешок вылетает сам.
– Прости, но я не верю, что ты четыре года жил без секса.
Даже я порой лезла на стену в дни овуляции… А уж здоровый мужик так точно.
– Солгу, если скажу, что не было. Но ни с кем из шоу-бизнеса. Поэтому здесь точно не появится какая-нибудь топ-модель и не скажет, что я подонок. Я чист, жёнушка.
Чист он, как же.
– Ну-ну.
– О-о-о, это же Леон Новак!
Минутной тишине и спокойствию неожиданно приходит конец. Нашу мирную беседу прерывают репортёры.
И это без шуток – рядом с нами останавливаются мужчины, женщины. Тычут микрофоны в нашу сторону и ослепляют вспышками, от которых хочется зажмуриться.
Я, если честно, теряюсь.
От позорного побега меня останавливает только Новак. Отпускает мой локоть, приобнимает за талию, прижав к себе. И словно защищает от всего мира, спрятав в своих руках.
– Леон, позволите взять интервью?
Он ведь откажет?
– Можно, – коротко кивает, приподняв уголки губ.
