Нет, я на такое не подписывался.
— Не позволю, — тряхнул головой Егор.
— Так не позволь же! — усмехнулся Антон, и Алтанбаев попер на него.
Все произошло мгновенно. Антон успел сказать: «Чем больше шкаф» — шагнул навстречу Алтанбаеву, поднырнул под кулак, уронив кепку, бросился в ноги, повалил лидера гопников, вывернул его руку так, что тот заорал:
— Отпусти-и-и! А-а-а!
— Повторяй: «Антон Елисеевич, прости засранца».
— Я понял, понял, а-а-а…
— Прости засранца! — подсказал Антон.
— Хрена-а-а!
Антон издеваться не стал, отпустил его, поднял кепку и водрузил на лысую макушку.
— Неуклюжий, но стержень есть, толк мог бы быть, если б ты не был таким тупым."
"Алтанбаев поплелся к своим, придерживая руку — красный и опозоренный. Интересно, он понимает, что сам себя выпорол? Антон же счел своим долгом прочитать им лекцию:
— Правило номер один: никогда не бросайся с кулаками на человека сломя голову, потому что ты не знаешь, кто перед тобой. В боевых искусствах главное — техника, размер неважен.
— Не передумали тренироваться? — спросил я у сбившихся в кучу алтанбаевцев, те помотали головами.
— Мы тоже так хотим, — пробасил Крючок и с надеждой посмотрел на Антона.
Пришла пора представить тренеров:
— С Антоном Елисеевичем вы уже познакомились. Не хотите так же познакомиться с Нагой э-э-э…— имя-то я запомнил, а вот отчество вылетело из головы, но оно ассоциировалось с Кадыровым… — Рамзанович!
— Амзанович, — с улыбкой поправил он меня. — Идем уже в зал, а то дождь начинается.
Кабинет алтанбаевцы убрали, отвалившуюся побелку отскоблили, вещи растащили, пол вымыли, принесли маты, нашлось две пары потрескавшихся от времени перчаток, бинты — и все.
— Набьем опилками мешок для ударов, — я указал на крюк в потолке. — К следующему занятию будет. Давайте так, Нага Амзанович…
— Просто Нага, — поднял руку он. — Мне всего двадцать пять.
— Нага ведет начало тренировки, физуха, разминка, все такое. Потом — основную часть: постановку удара, стойки и прочее.
Затем Антон Елисеевич перехватывает.
— Так ты бокс хочешь или борьбу? — спросил Антон.
— И то, и другое, — сказал я. — Возможно, это будет поочередно. День бокс у нас, день здесь. И борьба так же.
— А сам-то устоишь перед ним? — решил проверить меня на прочность Алтанбаев, ехидно прищурившись.
Все с азартом посмотрели на меня, и я остолбенел. Против профи я, конечно, долго не продержусь, опозорюсь, и хана авторитету.
