— В общем, решено! Никаких секретарей!
— Нет, — категорично покачала головой, — я пойду на эту работу и точка!
— Да что за глупости! В какую-то шарашкину контору на должность побегушки рвешься, вместо того чтобы идти в государственное учреждение!
— Во-первых, секретарь — это не побегушки. Во-вторых, фирма серьезная, занимается компьютерами, программами…
— Так дело в этом? — просиял папа, — ты хочешь работать с компьютерами? Что же ты сразу не сказала! В нашу школу как раз требуется учитель информатики! Завтра же переговорю с директором, он с радостью тебя примет!"
"— Не надо ни с кем говорить, — процедила сквозь зубы, поражаясь непробиваемости родителя, — я уже нашла работу! И выхожу на нее в понедельник.
Все. Разговор закрыт!
— Ты нас совсем не любишь, — простонала мать. Воды она больше не просила, всерьез опасаясь, что я принесу еще кружку и заставлю все выпить.
— Люблю, мамуль. Больше всех на свете. Но работу себе выберу сама, без ваших подсказок. Вернее, уже выбрала.
— Глупости! — строго отчеканил отец, — ты страдаешь ерундой! Вроде взрослая девица…
— Да, пап, ты правильно все подметил. Взрослая. И я все решила. Смиритесь вы с моим решением или нет — ваше дело.
Родители молчали, недовольно переглядываясь между собой. В первые в жизни получив от меня такой пламенный отпор, они явно не знали, что делать и как повлиять на непутевую дочь, собирающуюся своими собственными руками разрушить свое светлое учительское будущее.
— Даю гарантию, что долго ты в этом вертепе не продержишься! — наконец пренебрежительно выплюнул отец, — и тогда вспомнишь наши с матерью слова.
— Если вдруг такое случиться, и я разочаруюсь в своем выборе, обещаю, что вы об этом узнаете первыми. Я приползу к вам на коленях, буду с воем вырывать волосы на голове, и просить прощения… А пока оставьте в покое меня и мою новую работу! — для пущей убедительности гордо кивнула головой и вышла из комнаты.
Правда к себе не торопилась. Притаившись за дверью, наблюдала за тем, как мать бодро вскочила на ноги, отец недовольно, но без всякой патетики упер руки в боки.
Они начали о чем-то едва слышно перешептываться.
Вот актеры! На что угодно пойдут, лишь бы заставить прогнуться под их желания!
Манипуляторы!
В этот раз своей цели они не достигли. Я победила, не уступила, несмотря на спектакль, устроенный предками. Что из этого выйдет — увидим позже, но мне кажется, что все будет хорошо.
