Разочарованные, мы стояли вокруг развороченных люков — Мишка, от которого резко и неприятно разило теперь бензином, расстроенно протянул:
— Выходит, все зря? — И никто ему не ответил, даже Сережа, который до сих пор был так уверен в том, что топлива вокруг все еще достаточно, не нашел ни одного слова; постояв еще немного, мы как по команде обернулись и побрели к машинам. Дико хотелось курить.
На светлом пятачке между припаркованными возле обочины машинами топтались остальные: на улицу не вышел только Леня, который даже на широких Лендкрузеровых сиденьях после дня пути чувствовал себя плохо.
Подняв на нас глаза, Ира спросила:
— Ну, как? — и Сережа молча покачал головой.
Держась одной рукой за ее колено, рядом с ней на снегу стоял мальчик и, замирая от восторга, кормил сидевшего рядом пса картофельными чипсами из яркого пакетика, неловко зажатого в плотно упакованной в варежку руке, и неуверенно, готовый в любой момент ее отдернуть, протягивая вперед вторую, уже без варежки, которую пес всякий раз задумчиво, не спеша обнюхивал, а потом распахивал свою огромную пасть и осторожно, передними зубами, вытаскивал из нее химический желтый треугольничек.
— Вот, это вам, — сказала Ира и протянула Сереже несколько хрустящих упаковок, — мы нашли там внутри, в магазине. Там было еще несколько шоколадок, но я отдала их детям. Мне кажется, нам лучше нигде не останавливаться, чтобы приготовить еду — а на ночь нам хватит и этого, — и потом, повернувшись к мальчику: — Антон, хватит, я не буду больше повторять, ты должен съесть это сам, а не кормить собаку!
Мальчик поднял голову и посмотрел на меня.
— Он ест, — сказал он шепотом и улыбнулся.
Перед тем как вернуться за руль, Андрей сказал:"
"— Нет смысла тут ночевать, Серега. Если они так заправку выкачали, не найдем мы ничего ни на автовокзале, ни на лодочной этой станции.
Сережа молча кивнул и полез в машину.
Еще одна заправка попалась нам километров через пятнадцать, возле развилки — в том месте, где дорога раздваивалась, уходя в противоположные стороны — один ее рукав уходил назад, к мертвой Вологде, а второй — налево и вверх, на север; на указателе было написано: Вытегра — 232, Медвежьегорск — 540, я ни разу в жизни даже не слышала этих названий и спросила у Сережи — а нам куда? Нам дальше? И он кивнул и улыбнулся так, что мне впервые с момента, как мы покинули дом, захотелось все-таки самой взглянуть на карту, чтобы убедиться, существует ли на самом деле то место, куда мы направляемся.
