Будет дожидаться возвращения. Я специально попросил Ивана Ивановича, чтобы за нами поехал. Мы с ним сразу и отбываем. Даже без чая. – Комбат кивнул на термос Кравченко.
– Созвонимся.
– Да, конечно.
Шахтный ствол находился прямо под копром, на самом верху которого была установлена электрическая лебедка, опускающая и поднимающая стволовую клеть. По крайней мере, именно туда через систему подвесных блоков шли тросы от клети. Но эта лебедка имела и ручное управление на случай какого-то аварийного отключения электричества, как объяснил Юрий Прокопьевич.
Все стволовые клети устроены именно так, потому что при авариях внизу электричество часто отключают принудительно, чтобы где-то не произошло замыкание кабеля, оборванного породой. Тогда спасатели спускаются в шахту, используя силу собственных рук.
– Для этого в клеть ворот ставится. Помогите его загрузить. Вот он, у самой стены. По сути дела, это обычная ручная лебедка.
Юрий Прокопьевич с помощью лейтенанта Величко перекантовал довольно тяжелую штуковину в подъемную клеть и начал устанавливать ее на специальные анкера.
Кравченко и Лесничий помогали ему, подсвечивая себе тактическими фонарями.
Лесничий по просьбе шахтера открыл створки люка в полу. Юрий Прокопьевич спустился туда, попросил фонарь и нашел на полке ключи, необходимые ему.
Он долго свинчивал гайки с длинных анкерных болтов. Потом спецназовцы ухватились за две тросовые петли и опустили лебедку на место. Шахтер закрепил болты гайками. Потом он просто отмотал конец троса, пропустил его через четыре блока и закрепил на стальном канате, проходящем сбоку клети.
После этого осталось надеть трубы-удлинители на короткие ручки ворота.
Спуск начался.
Сначала клеть оказалась у какого-то другого выхода.
– Уже? Так быстро? – спросил Лесничий, посчитав, что они прибыли на место.
– Нет. Это аварийное гнездо, – ответил шахтер. – Не совсем понимаю, зачем оно нужно, но раньше такие делали. Комната с кислородными дыхательными аппаратами. Там же включается контроль за работой воздушной нагнетательной системы.
– Что за гадость такая? – спросил Величко. – Когда задыхаешься, трубу в рот суют? Не спутать бы с бытовой газовой.
Юрий Прокопьевич взялся за ствольную коробку автомата лейтенанта и направил луч фонаря за пределы клети.
– Вон та более светлая труба. По ней в современные шахты нагнетается воздух. Поэтому в шахте всегда есть легкий сквозняк. Чтобы метан нигде не скапливался. Хотя это все равно происходит. У нас на Донбассе его не так много.
