– Почему американская ЧВК столько времени сидела без дела, не участвовала в боях, никого не обучала, хотя этих самых «гусей» официально приглашали именно в качестве инструкторов?
– Почему?
– Они к какому-то серьезному делу готовились. Приказ должен был поступить не просто с бухты-барахты, а именно к какому-то определенному моменту. Тогда они и начали бы действовать.
– Допускаю такое, – согласился Сергей Ильич. – Давай дальше.
– Приезд в боевую группу ЧВК, по сути дела на передовую линию, большого начальства – событие неординарное.
Оно должно произойти накануне начала действий, в этот самый момент или сразу после него. А ведь заморской ЧВК нашими усилиями больше не существует. Мы не позволяем им провести операцию, но этим же пресекаем и приезд Соломона.
– Понял. – Лесничий уже сообразил, что так обеспокоило Иващенко. – Будем считать, что их чуть больше сорока человек. Четырнадцать мы уложили вечером, четверо ранены тогда же. Семь человек убиты ночью, двенадцать попали в плен. Значит, потери составляют тридцать семь человек.
Кто у них остался? Разве что штатный санинструктор, который ухаживает за ранеными. Или даже врач. Они могут себе позволить врача держать. Для них это не дорого. Двое-трое следят за охранными приборами. Это все! Некому действовать. Американская ЧВК, как ты правильно заметил, перестала существовать.
– Значит, интересующий нас человек не приедет, – сделал категоричный вывод Иващенко.
– Именно так, – сказал Величко. – Не приедет.
– Ему здесь просто делать нечего. Когда он должен был приехать? Есть точные данные? – спросил Кравченко.
– Пока нет. Ждем сообщения из Москвы.
– Можно не ждать. Не приедет.
– Должен появиться завтра вечером, – сообщил лейтенант Суматоха. – Я восстановил удаленную почту. Соломон сообщает о своем прибытии. С собой привезет четыре бронемашины. Требует встретить его в полной боевой готовности. До этого приказывает провести полную зачистку окрестностей. Это, видимо, нас напрямую касается.
– Время приезда указывает?
– Предельно точно, мол, перед наступлением темноты.
– Соломону уже не к кому ехать! – напомнил Иващенко. – Разве что мы их места займем? Но он, наверное, лично знаком с полковником Коллинзом. Значит, этот вариант отпадает.
– Безвыходных положений не бывает, – выдал сентенцию лейтенант Величко. – Так любил говорить хозяин нашей зоны. Человек тупой, но не без житейской мудрости.
– Есть конкретное предложение? – сразу спросил Лесничий, хватаясь за слова лейтенанта как утопающий за соломинку.
