Больше десятка ополченцев что-то горячо обсуждали, размахивая руками.
Запахи во дворе были куда более резкими, чем в помещении, даже рядом с пострадавшими «гусями», хотя ветер слегка усилился. Но именно там были взорваны гранаты-малодоранты. Потому вонь там еще держалась.
Комбат Стерх шагнул навстречу Лесничему. Следом за ним подошел и длиннобородый казак Иван Иванович Иванов.
– Что, обстрел был? Канализацию, похоже, снарядом разворотило? А что так ярко светилось? – Стерх выложил сразу почти все вопросы, интересующие его.
– Запах ужасный.
– Мы так не объедаемся, чтобы столько нагадить, – мягко ответил Лесничий.
– Да какая здесь вообще канализация сейчас! – сказал Иван Иванович. – Наверное, стреляют снарядами с малодорантом. – Начальник разведки батальона показал свою осведомленность в современном вооружении. – Причем целенаправленно по вам. Завод уже давно не обстреливают. Знают, что здесь все встало. Значит, просочилась какая-то информация. Интересно знать, откуда. Против нас такие боеприпасы ни разу не применяли.
Вас маркируют. Интересно, откуда утечка?
У нас даже в разговорах вы обозначаетесь как отдельный казачий отряд. Ваша ЧВК в нашей документации вообще не упоминается. Значит, утечка идет из Москвы."
"– Никакой утечки, наверное, и не было, – объяснил Сергей Ильич. – Когда у нас произошло столкновение возле их базы, мы попали в поле зрения американского спутника. Он отследил нас. Вот «гуси» и решили сразу с нами покончить. До этого они за все время пребывания на Украине потеряли одного человека раненым, а сегодня – сразу четырнадцать двухсотых и четверо трехсотых.
Вообще-то они просили у своего командования разрешение на отступление в глубокие тылы, но им резко запретили покидать позицию. Похоже, здесь что-то важное для них готовится. Сами эти парни сидели бы, думаю, тихо в самом глубоком подвале и не высовывали бы носа. Но, видимо, получили новый приказ. Есть у меня большие сомнения в том, что они самостоятельно двинулись. Не тот народ.
– Так это америкосы были? – удивился Стерх.
– Их отряд у нас вызывал только удивление. Вроде бы серьезная боевая единица. Сильные специалисты, которым большие деньги платят. А за что, спрашивается? За то, что они безвылазно сидят на месте и не принимают участия в боевых действиях? Теперь вот вырвались. И что?
– Мы пока еще не считали двухсотых, но двенадцать пленников прикованы у нас к трубе отопления.
– Нужно срочно допросить, – решил Иван Иванович.
– Пока это невозможно.
