— Я сказал — уходи! Или одной встречи с волком тебе мало?
Он послушно затрусил к гостинице, то и дело оглядываясь и прибавляя шагу, пока не сорвался в спринтерский бег. Однако едва Ражный зашёл в дом, как доктор поскрёбся в двери.
— Наверное, ты не понял? Или что-то забыл? — он уже плохо сдерживал эмоции, и это было признаком крайней ослабленности.
— Забыл! Я забыл спросить! — громким, дрожащим шёпотом заговорил доктор. — Самое главное!.. Как это вам удалось?! Если я сам… зафиксировал смерть? Она скончалась на моих глазах! Я наблюдал остановку сердца, дыхания… Этого не может быть!
— Иди отсюда, — закрыв глаза, попросил Ражный.
— Нет, послушайте! Она не Лазарь, а вы не Христос!..
— Молчун?! — крикнул он, наливаясь нетерпимостью. — Проводи гостя…
Из травы встал волк. Выглядел он не лучше своего вожака, однако сделал угрожающий скачок вперёд и немо ощерил клыки. Ражный захлопнул дверь и, не дойдя до постели, повалился на пол. Перед своим первым поединком, который произошёл чуть более года назад, он находился точно в таком же состоянии, и это уже было неким роковым повторением…
А спустя дней десять после этих событий на охотничью базу пришёл инок — глубокий старик с аккуратной стриженой бородкой и в очках, чем-то напоминающий Калинина времён войны, однако взгляд молодой и озорной не по возрасту.
За спиной был рюкзачок с пожитками, в руках корзина и палка — этакий городской грибник. Служивая, строгая овчарка Люта, не одному гостю штаны спустившая, затрепетала перед незнакомцем, как, бывало, перед волком, и только Руки не лизала.
И если бы не условленное приветствие, никогда бы не признать в нем воина Полка Засадного. Инок назвался Радимом и поднёс Ражному в дар красную Рубаху из крепчайшего трехслойного холста с кожаным аламом — оторочкой выреза.
Дар этот был своеобразным видом на жительство, выданным духовным предводителем Сергиева Воинства. Иными словами. Ослаб прислал стареющего Радима доживать свой век в вотчине Ражного на полном его попечении.
Это считалось почётной обязанностью — заботиться о немощных иноках, тем более, Ражное Урочище долгое время стояло в запустении и тут давно никто из старцев не жил. У некоторых вотчиников их собиралось до десятка, и они никогда не были в тягость, ибо не просто сидели на шее хозяина Урочища, не доскребали остатки своих лет — обогащали, насыщали его своим опытом, мудростью и воинским духом.
