А если хочешь — сдавайся, иначе сдохнешь через день, и отлетит твоя волчья душа… Только не знаю, куда тебя деть? Была бы у меня жена — может, выкормила бы из соски. А жены у меня нет… Кто кормить станет? Это же сколько раз в день возиться придётся. Мне же некогда… Витюле поручить — тебя жалко, кого он выкормит? Превратишься в собаку, будешь служить, лаять научишься… В зоопарк на посмешище отдавать тоже нельзя, да и сдохнешь нынче там с голодухи. Вот, брат, как выходит: лучше зверем погибнуть, чем к человеку идти.
Хреновый ты выбор сделал… Да ладно, что же теперь. Сделал — так сделал. Я тоже сделал. Полезай вот сюда.
Взяв щенка за шиворот, посадил в боковой карман и застегнул «молнию» так, чтобы осталась отверстие для воздуха.
Но это был уже иной воздух — неволя…
Сначала его посадили в «шайбу». Человек принёс обрывок невыделанной шкуры, бросил у стены и посадил волчонка.
— Посиди пока, — сказал он. — Найду молока с соской — покормлю. А нет — терпи…
Зверёныш побродил по шкуре, спустился на ледяной пол и скоро затрясся от холода.
Сначала он заскулил, призывая на помощь, потом озлился и призывно завыл. Всякий волк немедленно бы откликнулся на этот голос, однако его услышали собаки в вольере, залаяли, поджав хвосты. И ещё на вой откликнулся человек — Витюля, который оказался неподалёку и пошёл взглянуть, что за звуки идут из мясного склада.
Замка на двери не было, один лишь засов, поэтому бывший сварщик откинул его и, оказавшись в «шайбе», сразу же увидел волчонка. О том, что поляки охотятся на логове и мечтают заполучить щенка, он знал, однако паны за два дня так его достали своими капризами и скупердяйством — всего-то одну стопку налили, да и то какой-то бурды, — что Герой решил наказать их.
Тем временем охотники, поджидая транспорт, сидели в зале трофеев и хмуро пили халявную водку, выставленную в утешение московскими партнёрами. Витюля поймал волчонка, спрятал за пазуху и с оглядкой прошмыгнул в свою каморку при кочегарке.
— Не достанется же моя люлька проклятым ляхам! — твердил он словами Тараса Бульбы, хотя знал, что возвращать волчонка все равно придётся.
Например, в тот момент, когда поляки будут уже в полном отчаянии: тогда с них можно сорвать литра три в качестве премии.
Устроив щенка в бельевом ящике старенького дивана, он отыскал вместо соски клизму, за неимением настоящего молока развёл водой сгущёнку и стал поить. Голодный волчонок жадно опустошил две груши и мгновенно уснул с раздувшимися боками.
