Неожиданное…
— Хочешь проконсультироваться со своим орденом? Вот этого делать не нужно.
— Я хочу подумать над предложением.
— Сколько тебе потребуется? Сутки?
— Месяц.
— Слишком большая роскошь, — отрезал Поджаров. — Хватит суток. Впрочем, и несколько часов, чтобы переварить информацию. Итак, ответ завтра утром.
— Все это время твоя компания будет здесь… отдыхать? Со стрельбой и девочками?
— Если нужна тишина для раздумий, я увезу их, — пообещал он.
— И оставишь без надзора?
Финансист улыбнулся.
— Не оставлю… К слову, о девочках. Эту, с лентой на шее, между прочим, привезли для тебя, а не для шефа. Насколько мне известно, ты нынче вступил в совершеннолетие и теперь можешь жениться. Она же тебе понравилась, верно?
— Неплохая девочка…
— Да, Вячеслав Сергеевич! Сколько же тогда живут члены… вашего ордена, если только совершеннолетие наступает в сорок?
— Ну, лет сто пятьдесят — двести. Поэтому и для размышлений мне мало времени до утра.
— Придётся поторопиться.
Я тоже хочу жить лет двести.
— А не надоест? — на той стороне застучали далёкие очереди, причём враз, густо и ошалело. Это уже не походило на программные пострелушки — на кого-то нарвались…
Финансист тоже послушал, но ничуть не встревожился.
— Первым твоим учеником буду я, — заявил он. — И завтра же приступим.
— Пусть так… Но сейчас больше об этом ни слова.
Нарваться служители «Горгоны» могли только на братьев Трапезниковых, и потому Ражный не ждал ответных ружейных выстрелов, их не могло и быть, хотя пальба длилась минуты четыре: Максы не стали бы отвечать на автоматный огонь, посчитав, что стреляет милиция, ибо в их сознании ещё не укладывалось, как это люди, не состоящие на службе Отечеству, могут иметь и спокойно разъезжать с боевым оружием.
Скорее, тихо бы исчезли, растворились в ночном лесу, и никакой розыск их не обнаружит.
И это был не Кудеяр. Образованный и одичавший бандит, владея теперь полуавтоматическим дробовиком, непременно бы стал отстреливаться, ибо чем-то был похож на парней из «Горгоны».
— Поехали на базу! — вдруг предложил финансист. — Сейчас выпьем по рюмочке, возьмём по телочке, чтоб массаж сделали… Скоро три часа утра!
По пути на базу Ражному сквозь вой мотора снова послышалась стрельба. Он заглушил двигатель, несколько минут выслушивал молчаливый, предутренний лес, однако в пространстве назревающего света наконец-то установилась тишина.
