— Где видел? Когда?
— В прошлом году. Мы с Максом ехали по лесу, на смолзавод. А ты в дубраве был… Мы тогда так испугались. И кони испугались, понесли. Помнишь, у меня ещё перелом был?
— Фантазёр ты…
— Помоги мне, дядя Слава. Видишь, я погибаю! Может, до утра не доживу…
— Доживёшь!.. Потом послужишь в армии…
— Я знаю, ты можешь оживить Милю, — горячим шёпотом произнёс младший Трапезников, дыша в лицо запахом весенней земли. — Если захочешь. Она же не совсем ещё умерла, правда? Это врач сказал — смерть! А мне кажется, в ней есть жизнь.
Только как искорка… Помоги, оживи её! Я никому не скажу! Даже родному брату! Никому! Пусть считается, сама ожила. Ну бывает же такое!
— Бывает…
— Ну вот! — его дыхание затрепетало от надежды и нетерпения. — Не знаю, колдун ты или демон, какая сила в тебе — чистая или нечистая. Но молю тебя — оживи! Ты можешь. Я знаю! Верю! А иначе сейчас пойду к «шайбе» и умру возле неё. Чтобы похоронили нас вместе.
Сказано это было с блеском в глазах и высоким достоинством, так что Ражный поверил: не воскресить Милю — этот парень умрёт.
— Понимаешь, брат… Никто не имеет права делать этого, — проговорил он, хотя уже понимал, что любые отговорки не будут приняты. — Наверное, ты слышал: люди рождаются и умирают по Промыслу Божьему. Какой бы смерть ни была… Миля скончалась не от воспаления лёгких, а по другой причине… Ты не поймёшь, почему…
— Нет, я знаю, отчего! — загорячился Макс. — Ты думаешь, если я не учился в школе и совсем не образованный, так не знаю? Да я давно почувствовал, что Миля умрёт!
— Ты меня слышишь?! — Ражный потряс его.
— Никто не может воскресить твою Милю! Никто!
— Но я вижу в тебе силу!.. Ты сможешь! Люди говорят, твой отец умел поднимать мёртвых. Ведь это правда?.. Значит, и ты знаешь!
— Нельзя верить молве, люди выдают желаемое за действительное.
— Фелиция видела, как ты оживил птицу. Замёрзшую птицу! И потом ей подарил. И птица жила у нас до весны!
— Да я её просто отогрел!
— И Милю отогреешь!
— Человек не птица!
— У меня ключ от «шайбы», — вдруг сообщил Макс.
— Сейчас я пойду, лягу рядом с Милей и умру.
— Хорошо, — почти сдался Ражный. — Но если, воскреснув, она снова захочет умереть?
— Не захочет.
— Допустим, я поверил… Но запомни: со второй смертью умрёт и её душа. Так устроено… Все, кого вытаскивают с того света, реанимируют, выводят из клинической смерти, вливают чужую кровь, чтоб спасти, пересаживают внутренние органы — все потом гибнут вместе с душой.
