Ни одной из них даже в голову не пришло попытаться защититься или защитить.
Милене застыла рядом с алтарем прямо напротив меня. В эту секунду неправильность в ее облике была особенно заметна, и я вдруг поняла в чем дело. Ее губы не двигались. Ноги касались земли лишь мысками туфель, словно тело повесили на вешалку, как снятое платье. Но богиня еще была внутри. Глаза ее горели невыносимым золотом.
— Договор?
Храм встряхнуло. Пол дрогнул и словно двинулся, подобно льду на речке, шатнулись стены. В ушах родился непереносимый страшный гул, от которого заложило уши.
Сила накатывала толчками, то отступая, то вновь встряхивая стены.
Я уже переживала подобное. В крыле, которое подожгла Лале. Теперь я не сомневалась в том, что именно сестра пыталась меня убить. Ведь мне об этом сказала сама богиня.
— Это очень смешная шутка, владетельница Сопределья, — мягкий голос звучал прямо внутри головы. — Оставь этого мальчика и уходи. Тебе нечего предложить мне.
Осторожно положив Анвара на разбитый пол, поднялась.
Встала так, чтобы загородить его от ока богини.
— У меня есть черный поток. Боги Вальтарты лишены темного потока магии, но они… вы знаете, сколь многое можно сделать черной магией. Поэтому переносите сюда иномирянок.
Мне удалось привлечь ее внимание. Шагнула вперед и протянула руки, развернув ладони к богине.
— Я могу делать редкие зелье благодаря сочетанию черной и белой магий. Разве ты не хочешь иметь на службе такую полезную иномирянку?
Краем глаза я отслеживала бусину. Она должна оставаться целой, это важно.
Молчание длилось так долго, что у меня начали слезиться глаза, сосредоточенные на черной точке заклятья. Но я не смела прервать его первой.
— Каждый последний день месяца, ты будешь подниматься сюда и делать для меня одно зелье. Любое, которое мы захотим.
— Одно зелье, сделать которое будет в моих силах, — поправила подрагивающим голосом. — И, если я не смогу прийти в последний день месяца по какой-либо причине, я приду на следующий день.
Стук сердца отдавался в ушах от волнения, от ужаса и, может, быть от надежды.
— Договор в обмен только на него одного. Остальные останутся здесь.
Я с трудом удержалась от истерического смешка. Ну конечно, останутся. Они же мертвые. Ты же их, черт тебя возьми, убила!
— Да, — поклялась с дрожью в голове. — На него одного.
— Возьмешь его таким?
Таким — это почти мертвым. Без магии, без дракона. Одной ногой в могиле.
Если бы рядом стоял нир Сталеш, он бы впаял мне лебедя по Сказам.
