Его дракон застыл, очарованный прохладной колдовской красотой, тонкими руками в пенном кружеве платья, белизной кожи, холодом глаз. Аланте принадлежала ему и не принадлежала.
Она была рядом, но даже в постели, когда их выкручивало от желания, она была словно отделена стеклянной стеной.
— Осталось совсем чуть-чуть, — жадно обнял Аль, подавляя привычную темную жажду обладания, вдохнул запах чистой кожи, ткани, волос.
Аланте не любила духов, она даже сама мыло себе варила — специальное, без запаха, словно вознамерилась окончательно свести его с ума.
Драконица без постороннего аромата, это же как лакомство без обертки. Неудивительно, что около нее пасется стая гие… поклонников.
— Хорошо, — Аланте подняла на него прозрачные глаза.
Еще и прижалась так доверчиво.
Даже через дар, он чувствовал ее усталость. Его девочка держалась из последних сил.
— Чешуйка Первородного, владыче, — перед ними опустили рассохшийся ларец, зачарованный сдерживать поток драконьей силы. — Обвязан сетью заклятий, но сами мы не видели.
Побоялись открыть.
Анвар поднял глаза на умильно улыбающегося главу Леяш и с трудом удержался от усмешки. Ну, конечно, открыть они побоялись. Леяш, которые регулярно на протяжении тысячелетий нагибали Вальтарту во все позы и при каждом императоре находили себе теплое местечко. Но дар уместный, показательный. Леяш всегда правильно выбирали сторону, и на этот раз они поставили на Сопределье. Что ж. Если они готовы защитить Аль, он отдарится ничуть не дешевле.
— Открой, Аль.
Сказал и сразу помрачнел.
Его Аль доверчива, как котенок. Тут же открыла под всеобщее аханье, даже не понимая, какое послание вложено в этот ларец. Он перехватил озабоченный взгляд Каса и едва заметно кивнул. Ссора ссорой, но его сила пригодится Аланте, как и сила Леяш.
— Что происходит? — спросила Аланте тихо. — Такой вой подняли, словно я голая купаюсь.
У нее невообразимое чувство юмора. Очень… земное.
— Открыть сосуд с плотью Первородного дракона мало кому под силу, — сказал мягко. — Ты сумела, и отныне Вальтарта будет считаться с тобой.
"
"К ним уже волокли новый сундук с редкими камнями из шахты Чарис. Уже обработанными, но еще не шлифованными, и Анвар отвлекся на главу Леяш, а когда повернулся к милой, возле нее уже вилось штук десять молодых и наглых дракониров из блестящих родов. Многих настолько развезло от алкоголя, что те открыто пялили бесстыдные очи на его жену. Сердце сжалось, как если бы его сжал лапой сам Первородный.
Кто-то крепко взял его за предплечье.
