Магия, дремавшая в солнечном сплетении, расцвела, заострилась, как нить, готовая войти в иглу, подалась навстречу золотому мареву герцогской силы.
Платье окончательно смялось и порвалось, а корсет даже не понадобилось расшнуровывать, Анвар взрезал его проявленным когтем, и тот раскололся с жалобным треском, как скорлупа. Я жадно уставилась на сильные плечи, на волосы, шатром накрывшие мое лицо, а после без стеснения скрестила ноги у Анвара за спиной. Тот в ответ жарко скользнул языком от груди к горлу, полностью накрыв меня с мягкой драконьей силой.
Драконица полностью перехватила контроль за разумом, подчиняясь жару, выкручивающему тело.
Боли я не почувствовала. Только горячий, отрывистый шепот Анвара, ток магии и темноту.
Утром я открыла глаза в собственной свежеподаренной комнате, и тут зажмурилась, и несколько секунд лежала с закрытыми глазами, анализируя состояние тела и разума.
Я что, уснула? Прямо там? Прямо в процессе? Я человек, который неделями привыкает к новому месту, принюхивается и приглядывается, просто взяла и заснул под деревом на драконьем плаще.
Надеюсь, я не храпела.
Хотя… Даже если и храпела, вряд ли эта ночь повторится.
Потормошила свою драконицу, пытаясь узнать подробности ночного приключения, но та не отзывалась. Я находила ее фрагментарно, собирая по капле в магическом сплетении, гуле крови, остаточному следу в мыслях, но почему-то целиком собрать не могла.
— Ищешь свою драконицу?
Я буквально подпрыгнула. Повернулась и с каким-то священным ужасом увидела в собственной постели Анвара.
Он расслабленно лежал на подушках, но взгляд, отслеживающий каждый мой жест, был внимательным и цепким. Наверное, так выглядит, сытый кот, ночующий с мышкой.
Я почему-то решила, что он ушел сразу после того, как отнес меня в кровать. Анвар, оставшийся со мной в одной постели, не укладывался в картину мира. Даже в самый пик моей влюбленности у меня не было иллюзий насчет отношений с герцогом. У меня, как у любого адепта романтических сказок, все заканчивалось на поцелуе.
А дальше крутились мутные титры с веселенькой музыкой.
— Ищу, — сказала настороженно."
"Слишком сильно я вчера открылась, слишком доверилась. Такая степень открытости пугала меня. В конце концов, боль можно причинить и без всякой любви, достаточно чтобы твой противник был безоружен. А я была безоружна.
— У меня также было, — Анвар вдруг одним рывком сгреб меня вместе с одеялом к себе поближе, и я почти уперлась носом ему в грудь.
