Но самым неприятным в этом обычае было то, что в зависимости от местности и нравов значения разных кусков сильно разнились. И потому Егор пошел на хитрость, научив Федьку мариновать шашлык. Первые две попытки пришлись сотникам из ватаги по вкусу, и сейчас в бочонке как раз доходил третий «завод» с небольшой добавкой горчицы, гвоздики и сушеного имбиря.
Шампуры – они ведь все одинаковые, с ними не ошибешься.
К тому времени, когда мясо на шампурах как раз стало зарумяниваться, откинулся полог, внутрь вошла роскошная царевна в шелковом красно-золотом платье, коричневой войлочной жилеточке, украшенной самоцветами, в бархатном калфаке[57] с жемчугом, поверх которого была наброшена невесомая прозрачная кисея.
Ее сопровождал хмурый Гафур-мирза, одетый, несмотря на жару, в стеганый халат. Светло-серые глаза воеводы смотрели недоверчиво, рука мяла рукоять сабли. Даже в походных условиях подбородок его оказался гладко выбрит, а усы ровно подстрижены.
– Прекрасная Айгиль! – поднялся от очага Егор. – Как же давно мы не виделись!
– Я тоже соскучилась, храбрый князь, – милостиво кивнула ханша, поманила его ладонями.
Вожников подошел и по очереди троекратно поцеловал в подставляемые щеки. – Что же ты не приехал выручать меня самолично? Я ждала…
Она кокетливо улыбнулась, раскинула руки, села на самое высокое из стоящих в юрте раскладных кресел.
– Князь Юрий Дмитриевич куда более меня делами ратными славен. И дружина его моих ушкуйников не в пример крепче. За ним ты была, как за каменной стеной, – тремя фразами Егор сразу и оправдался, и комплимент сказал, и высказал заботу о знатной гостье.
– Садитесь, други, кому как удобнее. По обычаю моего племени хозяин должен сам о гостях уважаемых позаботиться, посему я чуток на шампуры отвлекусь.
– Что же это за племя такое? – заинтересовался Юрий Дмитриевич.
– Тихвинцы мы, из лесов новгородских, – полуправдой ответил Егор. Тихвинский погост, как он знал, уже существовал, так что удивления это признание вызвать не должно. Но вряд ли хоть кто из гостей когда-нибудь посещал это далекое северное урочище.
– Из леших да в князи? – откинула покрывало царица Айгиль.
– Кого только в русских чащобах не встретишь, – покачал головой Вожников, выбрал самый дозревший шампур: – По нашим обычаям, первыми принято женщин угощать. Потому как и матери они нам, и жены, и любимые. И без их участия никто бы из нас даже и на свет не появился.
Егор протянул шампур татарке.
– Правильный обычай, – одобрила ханша, принимая угощение.
