Среди последних был и Федор, отправлять его в Сарай, к войску, пока не было никакой необходимости – царевич Керимбердей жив, и очень может быть, Воржников нынче встретит его лично. Хоть издалека посмотрит, при его нынешнем социальном положении быть представленным чингизиду – слишком уж великая честь, слишком уж непомерная для простого наемника, даже для старшего десятника. Хотя, если иметь в виду Марко, то всякое может случиться – царевич мог и принять юного аристократа и его друзей, принять просто так, от безделья, если, конечно, рана не очень глубокая.
"
"Саму идею этой поездки князь подсказал молодому Гизольфи вовсе не в лоб, а завуалированно: мол, за бдительное несение службы начальство премировало его, старшего десятника наемной пехоты, аж тремя выходными, и было бы неплохо куда-нибудь съездить, так сказать – развеяться. Скажем, в какой-нибудь замок или лес.
– Замок есть! – сразу обрадовался Марко. – Да я говорил уже, кажется. А вот лес… – юноша развел руками. – Леса нет, есть рощица. Зато – ручей, почти речка… если не пересохла, конечно.
Могла и пересохнуть, дни-то стояли жаркие, и сейчас, по пути, то и дело встречались глинистые, поросшие пожухлой от солонца травой, русла, и лишь кое-где текли узенькие коричневые ручейки.
Горный ландшафт закончился, потянулась солончаковая степь, по краю которой к видневшейся где-то далеко впереди роще и тянулась дорога, наезженная скрипучими колесами телег. Кое-где, за деревьями, белели саманные домики деревень, виднелись ухоженные поля и виноградники, сливовые и яблоневые сады.
Здесь, в степи, оказалось прохладнее, чем в горах, и путники с наслаждением подставляли разгоряченные лица свежему, дующему с моря ветру.
Через пару километров пути дорога резко повернула влево, ныряя в кусты орешника и выходя к ивовой роще, настолько густой и перепутанной множеством тропинок, что там запросто можно было бы заблудиться, если не знать путь.
– Здесь косули водятся, – обернувшись, похвастал Марко. – Правда, охотиться мы не будем – некогда. Разве что на обратном пути.
Как вы, барон?
– Посмотрим.
Князь отозвался уклончиво, в настоящее время охота привлекала его меньше всего, впрочем, он сейчас и чувствовал себя охотником… только на иную дичь. Иногда Егор спрашивал себя – правильно ли он поступил, ввязавшись в это дело лично? И отвечал сам себе: да, правильно! Во-первых, он умел предвидеть опасность – спасибо колдунье бабке Левонтихе, а во-вторых, просто некого было послать на столь ответственное и не очень понятное дело.
