— Я только хотела сказать, — сбивчиво продолжала она, — что не могу встать, чтобы взять одежду. Не знаю, как так получилось, но… может быть, тебе лучше встать первым? Я все равно уже видела тебя раздетым.
— Генри?
— Да?
— Помолчи.
— Хорошо.
Данфорд мученически закрыл глаза. Он с удовольствием остался бы в постели на весь день, и именно с этой женщиной. К сожалению, это желание было неосуществимо. Но и встать первым было для него весьма затруднительно, ибо тело его по-прежнему отказывалось повиноваться разуму.
Генри прервала его размышления:
— Данфорд?
— Да? — Поразительно, как одно слово может передать столько разных чувств. Пусть и не самых радостных.
— Что же ты лежишь?
Он глубоко вздохнул, наверное, в двадцатый раз за это утро.
— Закройся одеялом, как вчера. Я встану и оденусь.
Генри с готовностью выполнила его указание. Не скрывая своего неудовольствия, он выбрался из кровати и пошел туда, где накануне оставил одежду.
— С моим слугой случится удар, — пробормотал он.
— Что? — послышался голос Генри из-под одеяла.
— Я сказал, что с моим слугой случится удар.
— Я и забыла, что тебе нужен слуга, — ее голос звучал приглушенно. — Надо, чтобы он помог тебе одеться. Сегодня мы будем в Лондоне, и ты должен выглядеть достойно перед твоими друзьями и… всеми остальными, перед кем тебе еще нужно выглядеть достойно и…
«Странно, — подумал он, — похоже, ее действительно огорчило то, что мне придется обойтись без слуги».
— У меня нет служанки, и я в любом случае буду выглядеть неидеально, но твой вид должен быть безупречным.
Он ухмыльнулся:"
"— Так что возвращайся в кровать и накройся с головой, а я встану, оденусь и разыщу твоего слугу. И ты снова станешь неотразимо прекрасным.
Данфорд взглянул на разговорчивый холм в кровати.
— Прекрасным? — удивленно переспросил он.
— Прекрасным, красивым — это как тебе будет угодно.
— Многие женщины называли его красивым, но никогда еще он не был польщен больше, чем теперь.
— Ну хорошо, — вздохнул он, — если ты настаиваешь. — Через несколько секунд он снова был в постели, а Генри выскользнула из нее и быстро пробежала по комнате.
— Не подглядывай, — выкрикнула она, надевая платье через голову. Это было платье, в котором она приехала вчера. Накануне она аккуратно разложила его на стуле, и теперь оно было не таким мятым, как остальные, сложенные в саквояже.
— Не имею не малейшего желания, — соврал Данфорд.
