Почему же вы до сих пор не женились на одной из них, интересно?
— Это не должно быть интересно вам, моя милая.
— Но я ничего не могу поделать с этим."
"— Никогда не позволяй мужчине называть тебя «милая», — приказал он.
Ей понадобилось несколько секунд для осознания того, что Данфорд вышел из роли.
— Но ведь это сказал ты, — тихо произнесла она.
— Я так же опасен, как и все остальные, — твердо сказал он.
— Опасен для меня? Но ведь ты — мой опекун.
Если бы они не находились в общественном месте, он заключил бы ее в объятия и показал, как он может быть опасен.
Поразительно, до чего же часто ей удавалось провоцировать его! Ему хотелось выглядеть мудрым и строгим опекуном, и он отчаянно боролся со своими отнюдь не скромными желаниями.
— Хорошо, — произнесла Генри, огорченная мрачным выражением его лица. — Тогда я скажу так: «О нет, сэр, не говорите мне „милая“.
— Начала хорошо, но если в твоих руках окажется веер, настоятельно рекомендую тебе ткнуть им наглецу в глаз.
Генри была польщена собственническими нотками в его голосе.
— А если у меня все же не будет с собой веера, а джентльмен не внемлет моим устным предупреждениям, что мне делать в этом случае?
— Тогда тебе следует бежать, и бежать быстро.
— И все-таки, к примеру, я стою в углу. Или посреди шумного бала и не хочу скандала. Если бы ты флиртовал с девушкой, которая бы попросила не называть себя «милой», как бы ты поступил?
— Я бы уступил желаниям девушки и пожелал бы ей спокойной ночи, — не моргнув глазом соврал Данфорд.
— Нет, ты бы не сделал этого, — Генри игриво посмотрела на него. — Ты — ужасный распутник, Данфорд. Белл рассказала мне.
— Белл очень много говорит, — проворчал он.
— Она только хотела предостеречь меня от мужчин, с которыми я должна быть начеку. И, — Генри слегка пожала плечами, — когда она перечисляла имена, ты был первым в списке.
— Очень любезно с ее стороны.
— Конечно, ты — мой опекун, — глубокомысленно заметила она, — и если нас увидят вместе, это не повредит моей репутации.
Это очень хорошо, так как мне очень нравится быть в твоей компании.
— Я сказал бы, Генри, — заметил Данфорд с деланным равнодушием, — что тебе ни к чему так долго практиковаться во флирте.
Она радостно улыбнулась.
— Если вы так считаете, я принимаю это за комплимент. Я-то знаю, что вы мастер в искусстве совращать.
Ее слова просто вывели его из себя.
— Однако, я думаю, ты настроен слишком оптимистично. Наверняка мне необходимо еще немного практики.
