Через полчаса мы с принцем вылетаем в сторону планеты Рагсарус. Я сразу же сажусь боком к лобовому стеклу и смотрю только на жениха. Любуюсь его профилем. Смуглой кожей, щетиной, римским носом, пухлыми губами и выбритым виском. Марс чувствует мой блуждающий взгляд и улыбается как-то порочно-искушающе. То губы облизнёт, то нижнюю прикусит. А я краснею только от мыслей, что сейчас крутятся не у меня в голове."
"Ещё в первый же день я поставила условие: никакого интима до свадьбы. Просто на линкоре мужчины по двое приходили ночевать, и я не была готова к тройничкам.
Моё условие приняли все, только это никому не мешало меня зажимать, руки распускать и целовать. Марс вообще самый наглый из мальчишек. Он умудрялся застать врасплох почти везде. Коридоры, подъемники. Даже в ванную один раз взобрался. Но я умело выскальзывала из его объятий. А сейчас мы совершенно одни. В джете. И лететь нам около двух часов.
Мужчина настроил курс, переключил тумблеры, сделал один гиперпрыжок. И, подключив автопилот, отстегнул ремни безопасности.
Сглотнув, стараюсь не подавать виду. Хотя по моим пунцовым щекам уже и так понятно, о чём я там думаю в своей блондинистой развратной головушке.
— Иди ко мне, огонёк, — тянет загребущие руки наглец.
— Марс! — возмущаюсь я, стараясь сохранить лицо.
— Сама меня соблазняла взглядами своими, — хрипит парень и пытается вытянуть меня из кресла.
— Я просто космоса боюсь. Вот и на тебя смотрела, — бурчу, отбиваясь.
— Есть другой действенный способ отвлечься от космоса, — Марсу всё-таки удаётся меня к себе забрать.
Он снимает очки, улыбается порочно и сминает губы в поцелуе.
Полтора часа до Рагсаруса пролетают в чувственных поцелуях. Касаниях и ласках. Марс просто сжигает меня в своих руках. Он гладит везде, сжимает бёдра, в волосы зарывается. И целует. Но черту не переходит. Уничтожает всю выдержку. Будто специально распаляет, чтобы я его сама изнасиловала. И я почти на грани. Но держусь! Не сдамся этому наглому захватчику! Хотя мои пальцы с удовольствием пробираются под футболку и оглаживают все эти выпуклые мышцы, карябают литое тело, царапают краснокожего мужчину.
Я наслаждаюсь от тактильных ощущений. Кажется, даже постанываю. От пухлых губ отрываюсь, носом в шею зарываюсь и, лизнув горячую кожу, слегка прикусываю от переизбытка эмоций.
— Огонёк, ты меня уничтожаешь, — с шумом выдыхает Марс, впиваясь в бока.
Боковым зрением замечаю яркий свет, исходящий от планеты, и прерываю наши милости.
