Получалось, что она не напивалась вусмерть в ночном баре, а стала жертвой хитроумной интриги, которую сплел Костик, чтобы совершить убийство. От этой мысли у нее мороз пошел по коже. Полина зябко передернула плечами.
– А мне так стыдно было оттого, что я напилась, – буркнула она. – Со мной вообще-то такого не случалось со студенческих лет. И вот, на тебе, приехала в отпуск, расслабилась. А ты зачем вообще про убийство на пляже рассказывать стал? Ты уже тогда Костика подозревал?
– Нет, не подозревал, – честно признался Никита.
– Я просто в состоянии аффекта был. Я же полночи тут провел. Лариска позвонила, и я сразу примчался. Это я вам сказал, что все со слов таксиста знаю, а на самом деле от нее. У меня такое чувство на пляже возникло, странное. Что надо рассказать и посмотреть на реакцию. Мне не объяснить, это как знамение свыше было.
– Так-то правильно, – подал голос Николай. – Прыгунов узнал, что ищут именно Прыгуна. Занервничал.
– Не знал, так и Олю бы не похитил, – горячо заметила Мария Сергеевна.
– Ну так и не выдал бы себя тем самым с головой. А с Олей все же хорошо закончилось. – Николай смутился и покраснел. Полина вдруг подумала, что он еще совсем юный, почти ребенок.
– А, кстати, я так и не поняла, – сказала она, чтобы отвлечь внимание от покрасневшего участкового, – а Лариса, – она мельком посмотрела на худенькую женщину в черном, сестру Никиты, и быстро добавила: – Я имею в виду, моя Лариса, та самая, которую я считала художницей, имеет отношение к Прыгуну или нет? Они из одной банды? И почему погиб тот парень на пляже, Дима? Он же тоже от наркотиков умер.
– Нет, – Никита покачал головой. – Это совсем другая история, не имеющая к Прыгуну никакого отношения.
Виктор Андреевич Шмаков по кличке Кулер авторитетом был немалым. Имея за спиной семь судимостей, он был поставлен смотрящим в одном из регионов в средней полосе России, не имеющем по причине малого размера своего коронованного вора в законе.
По статусу Виктор Андреевич ходил везде с двумя бравыми охранниками, бывшими спортсменами, ни разу не судимыми и не состоящими на учете у бдительных правоохранительных органов.
Дел у него было довольно много, дань с сошек помельче он собирал исправно, разрешал небольшие конфликты, о более крупных докладывал «наверх», считался человеком справедливым, незлопамятным и отходчивым.
В Коктебель он приехал… отдыхать. Как оказалось, криминальным авторитетам тоже не чуждо ничто человеческое.
