Вернее, они, конечно, были, но дорога эта была длинна, терниста и все так же сопряжена с завистью к тем, кто шел по ней более легко, насвистывая незамысловатый мотивчик, а не катя в гору тяжелые камни. Поэтому, немного подумав и прикинув последствия, Костик выбрал путь незаконный.
Работа в телевизионной рекламе давала ему шанс на знакомство со многими королями теневого мира. Он легко вышел на серьезных людей и, используя всю свою харизму и действительно прекрасные способности, поднялся в торговле наркотиками с уровня мелкого пушера на довольно высокое место в криминальной табели о рангах.
Он был умен, внимателен, добросовестен, не тырил по-мелкому, и на него вполне могли положиться серьезные уважаемые люди. Они были им довольны, а он наконец-то был доволен жизнью. То, что ради этой жизни он фактически отбирал жизни тех, кого подсаживал на иглу, его не волновало. Нравственные терзания были ему чужды.
Среди его родственников и знакомых у него была лучшая квартира и лучшая машина, он ездил по миру, бравируя потом перед девицами фотографиями типа «я на фоне Лувра» и «я и Фигейрос».
От девиц, кстати, отбоя не было. И теперь не его выбирали, а он выбирал, что тоже со всей определенностью устраивало его как нельзя лучше.
Он охотно ездил в командировки по российским регионам, налаживая новые каналы сбыта опасной отравы. Его не пугало, что, проснувшись в Екатеринбурге, он мог в следующий раз улечься в постель на Сахалине. То ли от его готовности по первому зову прыгать через всю страну, то ли все-таки из-за фамилии его прозвали Прыгун.
Детское прозвище, когда-то доставлявшее немало мучений из-за своей несолидности, теперь прилипло намертво, не оторвать, но больше не раздражало. Никто не посмел бы теперь назвать его несолидным.
Когда к России присоединился Крым, Костик азартно включился в освоение новой для себя территории, с которой был хорошо знаком с детства. Выросший в Коктебеле, он возлагал особые надежды на старых друзей, и когда прибыл на место, то убедился, что они его не подведут.
Васька-Жмых с его двумя ходками был заметной фигурой в криминальном мире и охотно поддержал начинание Прыгуна. Он же поведал другу и о том, что еще один их детский дружок Темка Круглов вообще стал большой шишкой и теперь командовал всем Коктебелем.
Последнее известие кольнуло душу Прыгуна позабытой уже завистью, но он быстро отогнал ее от себя.
