Затем чиркнуло колесико зажигалки и запахло дымом дорогих сигарет. Полина никогда не курила, но запахи дешевого и дорогого табака отличала мгновенно. Ее юность прошла в дворовых компаниях, поэтому о сигаретах она знала почти все, хоть сама и не баловалась. Сначала не хотела расстраивать папу, а потом уж было как-то поздно начинать.
– Все тихо? – осведомился невидимый голос, который показался Полине смутно знакомым, но как она ни напрягалась, так и не смогла понять, кто именно это был.
– Да. Висяк полноценный.
Сколько бы они ни шуршали, ничего не нароют.
– Точно?
– Да они и шуршать не будут. Им зачем?
– Дело громкое… Мэр все-таки…
– Я тебя умоляю. – Второй голос матюгнулся, а потом длинно сплюнул сквозь зубы. – Этот правдоруб за полгода успел настроение не одному десятку человек испортить. Ты Туманова видел? Ну такой старый хлыщ в золотых очочках. Приехал к Темику землицы прикупить по дешевке, а что получил? Предложение вложиться в очистные. Вот ему в Москве дерьма не хватало, чтобы еще тут его черпать.
Понятно, что он на подозрении. И таких с полкладбища будет. Так что не бойся. На тебя точно никто не подумает.
– Наверное…
– Тебя тут никто и не помнит. Приехал же ты не к нему. Ты его на набережной случайно встретил. Что предложение ему в первый же вечер делать полез, почву не прощупав, это плохо. С другой стороны, кто же мог знать, что он такой принципиальный окажется? Опять же, успокоил ты его сразу, пока он глупостей наделать не успел.
Так что рассказать он про тебя никому не мог. За это хвалю. Вообще, быстрая реакция у тебя, Прыгун.
Прыгун… У Полины даже ладони взмокли от волнения. Совсем рядом с ней находился человек, о котором Артем говорил перед смертью. И, судя по подслушанному ею разговору, именно он и был убийцей. Сквозь забор говорящих было не видно. Полина вскочила со скамейки, встала на лавочку и попыталась перегнуться через верх забора, но не дотянулась.
Услышав ее шебуршание, говорящие сразу замолчали как по команде, а затем из-за стены раздались быстрые шаги.
Спрыгнув с лавочки, Полина бегом бросилась к выходу из церковного двора. Если разговаривающие вернулись на улицу, то у нее был шанс встретиться с ними лицом к лицу, и почему-то она была готова увидеть среди них хотя бы одного знакомого. Если же они пошли вверх по прилегающей к территории церкви улочке, то тогда она могла хотя бы попробовать рассмотреть их издали.
