— Меня не волнует, если она чувствует необходимость вести себя по отношению ко мне как сука.
— Мне плевать.
— Нет, тебя волнует, что она посмела перейти тебе дорогу. Это совсем другое дело. Хизер вела себя как сука по отношению ко мне с самого первого дня, как я ее встретила. Она никогда не изменится. Что бы ты или я ни делали, она ни черта не изменится. Если ты что-то предпримешь, это только навредит Мелинде и Уайатту. Она использует это, чтобы причинить им боль, чтобы заставить их выбрать между мной и ей. И они выберут ее.
Я знаю это. И пойму. Я бы не стала ненавидеть их за это — ведь она их дочь. Я бы возненавидела тебя.
Его брови сошлись вместе.
— Меня?
— Да. Потому что ты знаешь, что пытается сделать Хизер. Ты знаешь, в чем заключается ее игра. Если ты сыграешь ей на руку, то сделаешь это, зная, что я могу потерять двух самых важных для меня людей. Ты поставишь свою жажду мести выше меня. И для чего? Ведь я тебе безразлична. Мы разведемся меньше чем через год — таков твой план. Неужели для тебя действительно имеет значение, что твоей фальшивой жене приходится иметь дело с каким-то семейным отродьем?
Мускул на его щеке дрогнул.
— Это имеет значение.
Я мысленно фыркнула.
— Я не потеряю Мелинду и Уайатта только потому, что тебе не нравится, когда люди переходят тебе дорогу. Они важны для меня. Я не разговаривала целых четыре месяца после того, как Дикон избил мою мать, потому что не хотела никому рассказывать о том, что он сделал. Я хотела защитить его. Неважно, насколько добры были ко мне Мелинда и Уайатт, я им не доверяла.
Я не верила, что они не отошлют меня прочь. Поэтому я не разговаривала с ними, не позволяла им прикасаться ко мне. Я почти ничего не ела. Не спала. Все это гребаное время мне снились кошмары.
Остановившись, я подошла к нему.
— Они были так терпеливы со мной. Так добры ко мне. Никогда не повышали голоса, никогда не поднимали на меня руку, никогда не сердились на меня за то, что я молчу. Они просто оставили меня в покое. Даже когда я начала говорить, они не засыпали меня вопросами.
Они были… они были теми, кто мне был нужен. И они убедились, что в моей жизни есть Саймон и что я правильно понимаю его расстройство. Если терпеть выходки их дочери — это способ отплатить им за все это, то так тому и быть. И я закрывала глаза на все проказы Хизер не для того, чтобы ты сейчас пошел и все испортил.
Он тяжело выдохнул, угроза в его глазах немного отступила.
— Дейн, скажи мне, что ты оставишь ее в покое.
