Два черных кожаных дивана обрамляли стол, и оба были восхитительно удобными."
"Дейн иногда проводил встречи один на один здесь, но в основном использовал конференц-залы. У меня сложилось впечатление, что ему не нравилось, когда в его личном святилище было много людей. Не то чтобы что-то в комнате много говорило о нем. Там не было никаких сувениров, никаких безделушек, никакого беспорядка. Даже его стол был на удивление скудным. На нем стояли только компьютер, ноутбук, стационарный телефон, табличка с именем и одна подставка.
В кабинете Дейна я завидовала двум вещам. Во-первых, отдельная ванная комната. Во-вторых, окна от пола до потолка, из которых открывался невероятный вид на город.
— Кофе? — спросила я, как только он устроился в кресле.
— Нет.
Поначалу меня раздражали его резкие манеры. Сейчас? Я к ним привыкла. Я знала, что не следует принимать его грубость близко к сердцу. Дейн не прилагал особых усилий к тому, чтобы щадить чьи-либо чувства.
Передав ему несколько важных сообщений, я положила бумаги на стол перед ним:
— Ты должен подписать это.
Он только хмыкнул.
Я одарила его ослепительной улыбкой:
— Мне нравятся наши маленькие беседы.
Он бросил на меня насмешливый взгляд, к которому я привыкла за эти годы. Я направилась к двери. Добравшись до нее, оглянулась через плечо, и, как бы невзначай, сказала:
— О, и Тревис пришел повидаться с тобой.
Дейн прищурился, пристально изучая меня.
— Что он сделал?
Я моргнула:
— Кто сказал, что он что-то сделал?
— Что он сделал, Виена? — повторил Дейн.
Он очень редко повышал свой ровный, низкий, властный голос… как будто никогда не сомневался, что полностью завладел вниманием собеседника. Из того, что я наблюдала, он был прав, что не испытывал таких сомнений.
Мне не нравилось сплетничать о людях, но я подумала, что Дейн имел право знать, что его брат, возможно, что-то замышлял.
— Тревис хотел зайти в твой кабинет, хоть и знал, что ты отсутствуешь. Я не позволила ему, и он поднял шум. Когда это ни к чему его не привело, он ушел.
Он также хочет, чтобы ты позвонил ему.
— Смею предположить, он нервничал.
— Он скулил, кричал, рычал и обещал, что уволит меня.
— Он прикасался к тебе?
— Нет, — но он угрожал это сделать. Однако я решила не упоминать об этом. Это только разозлило бы Дейна, а он был еще большей занозой, когда был не в настроении.
— Хм, — он слишком часто издавал этот звук. Что приводило в бешенство, поскольку это могло многое значить.
