Ни за что бы вы не подумали, что из них двоих он старший. Она стала для него всем — матерью, отцом, сестрой… Иногда я просто не понимала, что я там вообще делаю, но просто нужно было, чтобы кто-то находился с ними, пока они не вырастут.
Майкл начал рисовать, когда ему было лет четырнадцать. Я имею в виду всерьез. Он всегда успевал в школе по творческим предметам, и учителя настаивали, чтобы он продолжил учебу в колледже. Он поступил туда, но быстро бросил. Сказал, что там одни глупцы. А Кэтрин поддерживала его, говорила, будто для него будет лучше, если он поедет учиться в Европу, посещая галереи, музеи и тому подобное.
Так всегда делают настоящие художники, заявляла она. Ну вот, так это все и продолжалось, пока Кэтрин не исполнилось семнадцать. Майклу за два месяца до этого как раз стукнуло восемнадцать, тут-то они и начали ругаться. Мне казалось, что это обычные подростковые ссоры. Они все время сваливали все друг на друга, каждый божий день соревновались в оскорблениях.
Она орала на него, он убегал из дому. Но знаете, инспектор, — она подалась вперед и голос ее стал совсем тихим, — мне все время, когда это происходило, казалось, что что-то здесь не так. Я видела, что они продолжают испытывать такие же сильные чувства друг к другу, как и раньше. Эти их ссоры казались какими-то… нарочитыми… ненастоящими."
"А потом как-то ночью я не могла заснуть. Я все ворочалась с боку на бок и часа в три решила все-таки встать и пойти выпить чаю.
Я проходила мимо двери Кэтрин и услышала звуки… такие тихие вскрикивания. Я подумала, что ей приснился кошмар, поэтому открыла дверь и… заглянула в комнату. — Ее лицо зарделось от воспоминания, и она закрыла его руками. — После этого я не могла там больше оставаться. Я оправдалась перед Трейсами, сказав, что дети — понимаете, для меня они все равно были детьми, — меня совсем замучили и я хочу удалиться на покой. За несколько месяцев до этого умерла моя сестра и оставила мне это бунгало.
Мои последние две недели в коттедже были совершенно другими. Теперь им не имело смысла разыгрывать передо мной ссоры, чтобы сбить меня с толку. Они больше и не пытались скрывать свои чувства. Кажется, им и в голову не приходило, что в этом есть что-то неправильное. Знаете, им это казалось таким естественным… просто продолжение их родственной связи. Они не понимали, зачем мне надо уходить. Почему я просто не радуюсь за них.
