"
"Она действительно ведёт себя и во многом реагирует, как взрослая, умная и зрелая женщина, а не восемнадцатилетняя девчонка из древнего аристократического рода, чтущего старые традиции. В ней чувствуется та спокойная уверенность в себе, которая приходит только с жизненным опытом, и то далеко не ко всем.
Я не знаю, как такое может быть… но это не Анна. Не может быть она.
Бесовщина какая-то. Или… скорее наоборот, совсем не бесовщина?
При первой же возможности надо наведаться в столичный храм и пообщаться с Настоятельницей, узнать, не обращала ли Великая Праматерь свой пристальный взгляд на меня и мою семью.
Вдруг перевоспитание Анны, действительно, её рук дело?
И ещё нужно написать сестре, с которой мы и до её отравления почти не общались, а после и подавно. Тэрэса Аннэлия весьма радикально оборвала все связи с семьёй и своей родиной. И не могу сказать, что не понимаю её, или виню. Удивительно даже, что она всё-таки сумела вырваться из-под отцовского влияния… после всего.
– Сообщение я получил с помощью почтового футляра, – сообщаю… Анне, у неё на глазах, открывая крышку названного мною инструмента связи.
Достаю оттуда свёрнутую в трубочку записку. – Это от короля.
Отхожу на пару шагов, чтобы прочесть. Краем глаза продолжая наблюдать за девушкой.
Довольно неплохо держит лицо. Но эмоции выдают её с головой. Она поражена. И заинтересована. Будто первый раз видит, как работает такое обычное в общем приспособление.
Возможно, избирательность её утерянной памяти и можно как-то объяснить…
Но слишком уж многие объяснения приходится притягивать за уши.
Что-то тут не так. Пора разобраться, что именно.
И вплотную заняться расследованием случившегося с ней.
Но сначала дела во дворце и встреча с отцом. Подозреваю, что в очередной раз услышу много нелестного в свой адрес после того, как препоручил переговоры с босварийцами Грегориашу и вернулся в Эрсалину. Покушение на жену для короля Гельмута недостаточно веский аргумент.
Тон краткой записки весьма откровенно намекает на то, что его величество изволят гневаться на своего наследника.
Впрочем… мне не привыкать.
– Я должен идти, – поднимаю взгляд на Анну. – Настоятельно рекомендую тебе побыть сегодня в наших покоях, и не показываться лишний раз никому на глаза. Пока я не знаю, кто пытался тебя убить, чем меньше людей тебя увидит и узнает, что ты находишься здесь, тем лучше. Отдыхай и набирайся сил.
Пока я не понимаю, что происходит, лучше бы её вообще запереть.
