Нэлли строго настрого запретила мне сегодня вставать с кровати, ещё и Бригитту при мне проинструктировала как обращаться с капризной пациенткой.
Та, конечно же, клятвенно обещала строго блюсти мой постельный режим и исполнять все её предписания. Я потом едва отбилась от намерения моей камеристки покормить меня с ложечки. А когда она попыталась и с походом в санузел мне помочь, мы чуть не поругались. Точнее я с ней, потому что на все мои возмущения Бригитта лишь упрямо сжимала губы и напоминала мне о том, что я должна себя беречь, а она меня беречь обязана вдвойне.
Но сколько бы я не ворчала, как бы не возмущалась, на самом деле меня весьма грела такая настойчивая и даже слегка навязчивая забота.
И ещё больше грело, что Федерик мне постоянно писал коротенькие записочки, спрашивал, как я, вкратце рассказывал, чем сам занимается. Писал, что уже скучает, что любит. А я ему в ответ. Это было… так мило. Так романтично. Так заботливо... И это полностью шло вразрез с тем, к чему я привыкла в своей прежней жизни, по крайней мере, взрослой, когда все свои болячки, случись они вдруг, стойко переносила в одиночестве и на ногах, вечно что-то кому-то доказывая.
Почувствовав, что организм всё настойчивей просит сна, написала Федерику, что скорее всего буду спать, я всё же сдалась сонливости.
Так и прошёл этот день. Я спала, просыпалась, немного ела, переписывалась с мужем, снова спала… И силы постепенно действительно восстанавливались. В тишине уже любимого особняка, который мой супруг опять закрыл для всех посторонних посещений, я чуствовала себя в безопасности и уюте.
Федерик вернулся поздно ночью. Стащил молча одежду, как попало уронив её на кресло, и устало забрался ко мне под простыни. Прижал меня к себе, зарываясь лицом в шею и буквально моментально вырубился.
Утром я, честно говоря, рассчитывала проснуться первой. Всё-таки целый день проспала накануне. Но к тому моменту, как смогла продрать глаза, муж уже не только встал и оделся, но и распорядился насчёт совместного завтрака в наших покоях.
А потом лично помог мне со всеми гигиеничными утренними процедурами, одеванием в чистую сорочку и пеньюар, приготовленные Бригиттой, и на руках отнёс в гостиную к накрытому столу.
За завтраком он мне и рассказал, что девочек доставит в столицу Рэймандо. С портальной башни Анжерона сразу в особняк. А он сам сопроводит мать, которой нужно вернутся в королевский дворец и принять активное участие в организации похорон покойного супруга.
