Поднимает вверх ладони, на которых проступают светящиеся узоры, и по двору прокатывается ощутимая, почти сбивающая с ног волна магии.
– Я Федерик Иссая Арганди, – наполненным силой голосом произносит он, – с сегодняшнего дня законный правитель Арганды, приказываю защитникам Анжерона и всем, кто приносил мне клятву верности, сложить оружие и преклонить колени. Сейчас же! Не препятствовать аресту!"
"С каждым словом символы на его ладонях пылают всё сильнее, над головой образуется что-то весьма напоминающее светящуюся корону.
И всех нас, будто бетонной плитой, придавливает тяжестью приказа истинного короля. Вздрагивает Рэймандо, опуская голову. Горбится дан Кахир. И со всех сторон начинают доноситься звуки роняемого оружия. Боевые маги и воины Анжерона один за одним опускаются на колени перед своим правителем.
Мои защитники сдаются последние. Опускаются на колени, оставляя меня беззащитной. Смиряясь с волей своего монарха.
И в тот же миг, меня словно толкает что-то в солнечное сплетение, заставляя покачнуться.
Я даже не успеваю заметить, от кого прилетает этот удар. И тёмные тут же устремляются ко мне.
Они всё правильно рассчитали. Никто не посмеет ослушаться прямого приказа короля. Тем более, ради той, кого обвиняют в смерти предыдущего.
Вот только я никому ни в чём не клялась. И притворяться покорной овечкой, идущей на заклание, точно не собираюсь. Если бы меня действительно хотели просто арестовать и заключить под стражу, пока идёт следствие, я бы не стала усугублять своё положение.
Но они пришли за мной не для этого. Они посмели обернуть против меня того, кого я люблю всем сердцем. Посмели заклясть его своей гадской тьмой. Убью тварей.
Огонь вспыхивает на моих руках раньше, чем я их поднимаю. Мы со стихией сейчас едины. Моя боль и её ярость слились в одно, превращаясь в неудержимое пламя, ревущее вокруг меня. В нём, как хлипкая паутина, сгорают все оглушаюшие заклинания, которыми меня пытаются атаковать.
– Стоять! – шиплю яростно, выпуская в двоих самых борзых тёмных струи огня.
Я очень стараюсь не задеть Рэймандо с Кахиром. Как бы ни было мне обидно, они не виноваты в том, что происходит. Они Федерику верны, а не мне.
Один из наступающих успевает вскинуть переливающийся тьмой щит, зато второй вспыхивает факелом и с воем бросается прочь.
– Федерик, очнись! Это не ты! Борись с тьмой, слышишь?! – зову мужа, отступая вверх по ступенькам и держа вокруг огненный щит.
