– А Регина-то, конечно, в рев, в слезы: мол, это всё из-за любви! На что папаша ей рявкнул, что за любовь такая убогая, и что за мужик такой, что его, как телку, за верёвку кто дёрнет, туда он и побежит! Сказал, что если она еще раз такое учудит, то он от неё отречется! Ну, она, конечно, ревела, голосила, но в конце концов вроде как угомонилась.
– Надолго ли? – вздохнула я. Ну, не верилось мне, что она так легко отступит. Слишком много ненависти я увидела в её глазах тогда.
– А с Лиамом у них тоже, кажется, не всё так гладко.
– продолжил Карл, – Из их избы то и дело доносятся ругань и крики, но из-за чего именно они грызутся, никто не знает.
Почему-то эти слова не вызвали во мне никаких эмоций. Раньше я, возможно, даже порадовалась бы их ссорам, и надеялась бы, что он, несмотря ни на что, уйдёт от неё ко мне. Но теперь мне было абсолютно всё равно, свободен Лиам или нет.
– А что насчет замка? – спросила я, – ты что-нибудь узнал про Инара?
– О, вот тут самое интересное! – Карл ухмыльнулся. – Ходят слухи, что у князя теперь объявился наследник.
В замке поселился, откуда ни возьмись, его сын. Красивый, говорят, как с небес спустился! И что он, вроде как, сын оборотницы, с которой у князя когда-то был бурный роман. Слуги шепчутся, что он по ночам превращается в волка и рыскает по лесам. А князь Вильгельм, говорят, в нём души не чает, всё своё богатство и титул на него переписывает, да еще и мечтает его пристроить, выдать за какую-нибудь благородную девицу.
– Так значит, Инар остался в замке? – спросила я, хотя уже знала ответ.
– Ну, видимо, да, – ответил Карл, – князь от него ни на шаг не отходит, кормит, поит, наряжает и ласково по головке гладит.
– Понятно, – сказала я тихо, – Инар теперь аристократ, богатый наследник. Пожалуй, мне пора перестать о нём думать. У него теперь всё хорошо, и наши пути вряд ли когда-то пересекутся.
– А что, ты и правда хотела снова его увидеть? – Карл удивлённо посмотрел на меня.
– Вообще-то он дважды меня спас, а я его даже толком не отблагодарила, – ответила я грустно.
– Ну да, только отблагодарить и хотела? – съязвил Карл, склонив голову набок.
Я промолчала, потому что сама не понимала, что творится в моей душе. Какой-то смятение и тоска.
Глава 18
На следующее утро я возилась в своем небольшом огороде, выпалывая сорняки и подвязывая помидоры. Карл, как всегда, давал свои бесценные советы:
– Помидорам же солнца мало. Зачем ты их в тень посадила? Неудивительно, что они у тебя хилые такие.
