– Я отвел их туда, чтобы выкупить тебя. Там лежала гора золота, как будто для этого и предназначенная…
– Она не для этого была предназначена, – тихо перебила его Аглая. – Ты знал это.
– Не знал. И не знаю, – отчеканил Федор. – И в мыслях не было.
– А должно было быть. Надо же думать, прежде чем…
– Так, – зло сказал он. – Значит, я кретин и злодей?
– Нужно испытывать себя и мотивы своих поступков, – потупилась Аглая.
– Ты не понимаешь…
– Это ты не понимаешь, – бросила она, вскинув голову. Глубоко запавшие глаза смотрели почти безумно, с мукой.
– Или ты даешь мне руку, или я уезжаю.
– Уезжай, – после короткой паузы сказала она.
– Ну вот и поговорили, – криво усмехнулся Федор.
Он открыл окно кухни и перелез через подоконник.
– Дед, ты со мной?
– Да как же я ее тут оставлю? – горестно воскликнул дед Филимон.
– Как знаешь. – Федор спрыгнул на землю.
Дед потер дулом ружья висок и вздохнул:
– Ты бы мне сказала, что ль, о чем вы тут разговаривали, будто малахольные какие?
В купе поезда, медленно уходящего с барнаульского вокзала, было парко, словно сюда провели отдушину прачечной.
Радио бравурно напутствовало отъезжающих. Позднее лето махало на прощание попестревшими ветками кленов. Федор опустил окно ниже и выключил звук.
– Ну, как говорится… – сосед по купе поставил на столик бутылку водки, отвинтил крышку и разлил в стаканы по маленькой. – За все, что было, чтоб оно еще раз было.
Он чокнулся стаканом о стакан, выпил и в ожидании посмотрел на Федора.
– Извините, не пью.
– Давно? – с пониманием отнесся пассажир.
Федор, не ответив, расстегнул рюкзак и достал рубашку, чтобы переодеться.
– Не переживай, – ободрил сосед. – Ты молодой. Организм, как говорится, крепкий. Твое от тебя не уйдет. Врачи запретили или так, баба?
Федор встряхнул рубашку, и на пол со стуком упало нечто увесистое, закутанное в платок. Недоумевая, что бы это могло быть, он подобрал вещь и развернул.
– О! – сказал сосед. – Все-таки баба. Что ж медальончик без цепки?
Федор почувствовал, как пылают у него щеки.
На ладони лежало Аглаино богатство – золотой кругляш с Женой, имеющей во чреве. Девчонка с диким характером и непредсказуемым поведением, не желавшая видеть его, даже не попрощавшаяся, каким-то образом исхитрилась подсунуть подарок.
Первым желанием Федора было выкинуть медальон в окно, а вместе с ним и записку, не читая. Затем ему стало интересно, какие мотивы были у нее на уме. Он хотел выйти из купе, но сосед остановил:
– Да сиди, читай спокойно.
