На этот раз на восстановление всех жизненно-важных функций у меня уходит гораздо больше времени, чем обычно.
Я трясусь, как заяц, заикаюсь и не с первого раза понимаю то, что мне говорят. Филипп благоразумно в зал больше не выходит, и я с горем пополам дорабатываю свою смену.
А когда, доехав на такси до дома, выхожу из машины, вижу у подъезда красный спорткар Тёмы.
Мысленно завопив от досады, прячу голову под капюшон и несусь мимо. Я не могу с ним сегодня ругаться и снова выяснять отношения, потому что на эту ночь у меня были иные планы.
Спрятаться под одеялом и заново пережить все то, что случилось сегодня в кабинете Фила, не спеша перебрать все ощущения и тщательно проанализировать его поведение.
Нет Артема в списке моих планов.
– Крис, – окликает меня его встревоженный голос, – стой!
Я перехожу на бег, сходу прикладываю таблетку к замку и дергаю дверь на себя. Закрыться она за мной, к сожалению, не успевает. Тёма залетает в подъезд и нагонят меня между первым и вторым этажом.
– Зайчон, стой, мать твою!
– Отпусти, – рычу, пихая его локтями, – что тебе снова нужно от меня?!
– Поговорить!
– Мы каждый день с тобой говорим…
– Пойдем в машину! – он пытается меня обхватить руками и прижать к себе, но я начинаю отбиваться яростнее.
Пускаю в ход ногти и колени. Машу руками, желая достать до лица, и лягаюсь от души.
– С ума сошла? – цедит сквозь сомкнутые зубы, – просто поговорим, ты же хотела свою долю, у меня есть условия!..
Не хочу. Надоело! Никакой доли не надо больше!.. Ничего не надо! Пусть исчезнут оба из моей жизни! Я не вывожу больше!.
.
– Уйди!.. Видеть тебя не могу!.. – выплевываю, молотя руками по всему, что попадает под руку, – ненавижу!
– А я тебя люблю, Крис!.. Хватит вы*бываться!.. Хватит!.. Я сделал выводы!..
– Ничего ты не сделал и не собираешься делать, Тёма!.. – выкрикиваю с отчаянием.
– Сделал! Но ты почему-то Эйне предпочитаешь!..
– Заткнись, умоляю!..
Мы говорим об этом каждый день, когда он звонит или приезжает к моему подъезду, но сегодня впервые, когда я закатила истерику.
И от того, кто стал прямой ее причиной, на душе вдвойне гаже. Получается, что в словах Бурковского есть доля правды.
Толкнув его в плечо, выкручиваюсь и поднимаюсь на две ступеньки выше. Тёма хватает за руки и резко тянет на себя. Потеряв равновесие, вскрикиваю и падаю на него. Только чудом мы не катимся кубарем вниз.
– Что такое?! – раздается позади Артема грозный голос тучного мужчины, – вы че здесь устроили, бл*дь?! Вы еще потрахайтесь тут!..
