Кожа становится чувствительной, как сенсорный датчик, упакованная в бюстгальтер грудь набухает, соски болезненно скукоживаются.
– Как платье снимается?.. – слышу как сквозь туман.
– А?..
– Давай снимем, Крис…
– Давай. Там молния на спине…
Обняв одной рукой, перекатывается набок и разворачивает меня тоже. А затем, безошибочным движением находит и расстегивает замок сразу до поясницы. Усевшись на колени, ловко задирает подол до талии и снимает платье через голову.
Я обнимаю свои плечи руками, а Эйне, не теряя времени даром, подцепляет резинку колгот и стягивает их по ногам.
Бросает на пол и, пригвождая тяжелым взглядом, осматривает всю с ног до головы.
Мне стыдно и в какой-то момент хочется прикрыться, но женщина внутри меня ликует.
В его глазах удовлетворение. Он кайфует. Ему нравится то, что он видит.
Сделав над собой усилие, отвожу руки назад и сгибаю ноги в коленях. Фил сразу двигается на меня и, нависнув, касается подушечкой большого пальца соска груди через тонкую ткань лифчика.
Контакт бьет током.
Выгибаясь, я сама подставляюсь его рукам. Моя шея, ключицы, сдернутые вниз чашечки бюстгальтера – жадные ладони на грудях.
– Сними футболку, – прошу я и, протянув руку, хватаюсь за серую ткань.
Я тоже хочу его трогать, хочу видеть, как будет контрастировать его бронзовая кожа с моей светлой.
Он молча соглашается, помогает мне ее с себя снять и садится на колени у моих ног. Считав меня взглядом, очерчивает колени кончиками пальцев и разводит ноги в стороны.
Еще один разряд тока, и очередная волна жара, приносящая с собой дополнительную порцию влаги.
Закрыв глаза и уронив голову назад, чувствую, как трогает меня через ластовицу хлопковых трусов и под мой глухой стон давит пальцами в самый центр.
– Ты возбудилась? – спрашивает тихо, и я, распахнув глаза, увязаю в его темном омуте.
Понимает же, что да. Белье насквозь мокрое, и тело плавится и извивается под его руками. Но требует от меня еще и устного признания.
Безоговорочной капитуляции.
– А ты?..
– Хочешь проверить? – спрашивает абсолютно серьезно.
Снова подается ко мне, нависает так, что между нашими лицами остается всего сантиметров пять и, обхватив мое запястье, тянет руку к своему паху. Я и опомниться не успеваю, как ладонь моя оказывается прижатой к скрытому трико каменному члену.
Господи…
Приоткрыв губы, поднимаю голову, прошу ободряющего поцелуя и, получив его, самостоятельно сжимаю пальцы на его стволе.
Филипп тут же толкается бедрами, и тогда я решаюсь на большее.
