«Хоть бы птица какая прокричала, – тоскливо подумала она, растирая пальцами похолодевший кончик носа, – всё же живая душа рядом».
Но вместо птичьего гомона, замирая от ужаса, Аня услышала свистящий вой волка, заунывно тянущего свою песню на одной ноте.
Мгновенно вспомнив истории о пропавших по зиме собаках и о растерзанной лошади из соседней деревни, Аня кинулась бежать вперёд, туда, где между светло-коричневыми стволами рослых сосен показался тёмный силуэт крепкой избы с идущим из трубы дымом.
На крепком морозе дым казался пышным белым облаком. Дым то столбом поднимался к небу, то стелился по земле, обдавая Аню родным запахом человеческого тепла и уюта.
Вдыхая чуть горьковатый дух сгоревших поленьев, она понемногу успокаивалась. Охотники из Дроновки говорили, что волк не нападёт на человека, если чует поблизости жильё. Да и не известно, что страшнее – волки или чужаки, про которых ходят слухи один хуже другого.
Волчий вой прекратился так же внезапно, как и начался, и Анютка вздохнула с облегчением.
Если повезёт и Дикий Барин даст заработать на кусок хлеба для себя и бабы Кати, то будет хорошо. Главное, суметь растолковать, что она всё-всё умеет: и мыть, и стирать, и стряпать. Может и за скотиной ходить. Это ничего, что она маленькая. Она сильная. К тому же без хозяйки в доме нельзя, а Дикий Барин живёт вдвоём с Фиопом. Два мужика без женского глазу – не дело. Наверняка обносились, оборвались, а одёжку и починять некому.
Ближе к калитке Анина решимость присоединилась к улетающему дыму и растворилась в голубом небе, раскрашенном полосами солнечного света.
«Стучите, и вам откроют», – вспомнила Аня слова из Библии, сказанные на проповеди отцом Вассианом, и от себя добавила: «За спрос не бьют».
Холодные пальцы, толкнувшие вперёд калитку, дрогнули, и Аня вошла в небольшой двор, оказавшись перед плотно закрытой дверью с прислонённым к ней веником – обметать валенки.
Этот голик, что-то подсказывающий ей, что здесь живут не чудища лесные, а самые обычные люди. Это придало уверенности. Скинув лыжи и тщательно опахав с обувки налипший снег, Аня робко стукнула в дверь.
* * *На стук никто не отозвался, и Аня, набравшись смелости, ещё раз ударила кулачком в промёрзшие доски дубовой двери. Звук глухо тонул в толстом дереве, и Аня подумала, что её не слышат, но на очередной удар дверь внезапно распахнулась.
